|
Встреча третья. "Я давно их простила" (продолжение)
Находясь на даче, в абсолютном безлюдье (была зима), я хорошенько поразмыслила и пришла к выводу, что не имею права сидеть у больной мамы на шее. Домой я уже вернулась с готовым решением - взяла оставшиеся 5 гривен (тогда, в начале 1998 года это было 2,5 доллара) и поехала к Свете на рынок. На эти деньги я купила 5 мясных польских паштетов, заняла свободный прилавок и стала ждать, пока у меня кто-то их купит. Как не странно, консервы раскупили быстро. Я снова купила консервы, а на оставшуюся прибыль - каких-то сладостей в оптовом магазинчике. У меня снова их купили. На первую свою прибыль я купила маме красивую керамическую чашку квадратной формы. Потекли рыночные будни. Мы стояли вместе со Светой. Свободный прилавок в основном находила она, как человек бывалый. Работа мне понравилась. Вскоре на моем прилавке было уже свыше 20 наименований продуктов. Я купила себе спортивный костюм, а маме покупала дорогие соки.
Но одно событие снова пошатнуло наш покой. (Надо сказать, мы со Светой, находясь бок о бок, чувствовали себя хорошо на рынке. Мы всегда в любых условиях считали себя христианами и по возможности проповедовали другим таким же мелким торговцам ). У моей мамы развились метастазы, и ей срочно нужно было лекарство, на которое ни у меня, ни у нее не было денег. Счет шел на дни. Бессонные ночи, полные боли и страдания...Я не могла никак ей помочь, только сидеть с ней, обняв ее и молиться про себя, сцепив зубы: "Если бы я тебе, мама, могла дать хоть каплю своей жизни и здоровья!" Помощи, кроме как от Бога, чудесным путем ждать было не откуда. Однажды я угрюмо стояла за прилавком, как вдруг увидела проходившую мимо сестру Лену, которая занималась оптом продуктов питания. Слово за слово, и я рассказала ей про свою беду. Лена на следующий день принесла мне 10 банок черной икры в красивой упаковке, под реализацию. Эту икру у меня моментально расхватали, поскольку название и состав продукта были написаны по-немецки, и я могла объяснять людям, что это за продукт. Так я смогла в короткие сроки заработать маме деньги на лекарство. Тем временем, Толя-Который-Улыбается предъявил Свете ультиматум: немедленно выселяйся из моего дома, я продаю его другим людям. Он грозился не вернуть Свете те деньги, которые она выплачивала за выкуп дома. Вот по этому поводу мы молчать уже не могли. С улыбчивым Толей несколько раз разговаривала Света и Сережка (в настоящее время ЛО, про него скорее всего тоже напишу) - руководитель ее группы книгоизучения. Толя, чувствуя свою безнаказанность, просто обматюкал всех, кто под руку попался и сказал, что денег не вернет. Не помогло даже то, что Сережка эти матюки записал на диктофон. Когда эти записи предъявили старейшине Николаю Ткаченко, он пожал плечами и сказал, что во-первых это частное дело, и стары туда вмешиваться не должны, а во-вторых Толя всего-навсего лишь заинтересованный. "Куда же вы теперь пойдете?" - беспомощно прошептала я....
_________________ "Будь готов принять то, что дано тебе испытать" Ф.Герберт "Дюна"
|