|
В бытность мою ещё официальным СИ, доверили мне заниматься с заключёнными УИН 21 в местечке Солёное под Днепром..
Но у СИ тогда ещё не было регистрации в СовМине. А у меня в связи с этим не было бумаги с печатью. Потому внутрь зоны для открытого общения с зеками меня не пускали. Первыми в УИН СССР запустили православных и пятидесятников. Чуть позже баптистов и харизматов. Всё это произошло быстро, и было в те годы в новинку, даже в диковинку. Как для заключенных, так и для администраций колоний.
Стал я с подопечными зеками заниматься через переписку. Сначала это был один зек. Зато какой… Так же посредством двухчасовых свиданий. Это общение посредством телефона через две стеклянные перегородки. Видеть друг-друга, видишь, а разговор – по телефону. Ездить в колонию было неудобно – 3 часа дорога в один конец в раздолбанной электричке. Плюс пешие прогулки к месту пару километров.. Да ещё ожидания у окошек, ..передачи, постоянные проверки и оформление документов и разрешений, и такое-прочее. Но мы с радостью раз в месяц ездили. Мы, это я и сестра, ставшая моей супругой. Очень быстро ко мне присоединились в помощь и ещё сестры. Стали мы ездить по двое-трое с сёстрами, чтобы два-три свидания с двумя-тремя разными людьми проводить одновременно.
Так в УИН возникла целая группа будущих СИ из 8-10 человек. Видя наши обоюдные искреннюю ревность, старания, честность и бескорыстие, администрация даже выделила нашим подопечным отдельную комнату в клубе. Один мужчина, Александр, взял на себя основную инициативу… С него, собственно, всё и началось. Он «мотал» третий срок. Скажем так - за «акты хулиганства со смертельными исходами». Захочет, сам о себе напишет.
Итак, однажды его сильно переклинило за беспутную жизнь. Особенно от переписки с одним СИ. Не помню уже, как это случилось, но стал Александр переписываться с Аркадием, СИ Закарпатья. С инвалидом, который умирал от онкологии. Умирал молча, со спокойствием, не говоря никому об этом, до последнего ободряя ряд зеков, проповедуя им письмами. Это было его служение. Брат умер, до последнего служа Господу и зекам. И письма стала продолжать писать его супруга – Ева. Объяснив зекам коротко о жизни Аркадия. Что он сам сидел за веру, потом стал инвалидом-колясочником, скопцом по болезни. Что она, Ева, ещё вполне молодая женщина, вышла за него замуж, чтобы иметь моральное право ухаживать за инвалидом. Как поддерживала его в долгой и мучительной его смерти, чтобы брат имел возможность вразумлять зеков письмами-проповедями. Чтобы имел брат возможность все свои дни принадлежать Господу без остатка. И чтобы Ева могла так служить Господу, служа брату в его служении. Десятки зеков десятков колоний регулярно получали простые и искренние, бодрые и оптимистичные проповеди-письма, ...рождались свыше благодаря переписке с Аркадием, не догадываясь даже, что он медленно умирающий инвалид…
Итак, Аркадий перед смертью всех своих «заинтересованных» передал в поместные собрания СИ, каждого соответственно адресу УИН.. А Ева в письмах очень просила зеков принять общение с иными братьями, рассказав, почему Аркадий больше не сможет с ними переписываться. Все эти зеки (в основном) сейчас ревностные христиане. Тихий подвиг брата Аркадия и супруги его Евы глубоко потряс Александра. А данные Александра попали в местное собрание города Днепропетровска. Потом грешному – мне. За которым уже подкралось второе ЛО.
Итак, мы познакомились с Александром. Стали переписываться, а затем и встречаться на свиданиях через стёкла. Александр стал супер-зеком в той зоне. Он сам, с разрешения режима, сделал ремонт в выделенной комнате, достал цветок, стол, лавки… Сделал полочку для «Сторожевых Башен» и теократической литературы.. А на двери повесил табличку «Зал царства». И сидел там, ожидая, что дальше будет.. и как Господь благословит всё дело дальше…я
Зеки были в восторге от такой новизны – в колонии в клубе появился «Зал царства», где зеки добровольно и бескорыстно могли собираться изучать Библию ради спасения их душ…. А с ними занимались, приезжали и общались такие же бескорыстные и честные лохи.
Все официальные пастыри деноминаций, они, имея к тому времени уже допуска, приезжали с концертами и подарками. Они занимались с интересующимися в общем зале клуба. А наша группа, не имея открытых встреч и концертов с подарками, имела зато отдельную комнату и удивительные чистые и честные взаимоотношения. Это была ощутимая привилегия. Произошло так от того, что в общей куче, куда приезжали православные и протестантские священники, там нет-нет, да сквозил официоз, исполнение работы и религиозного заказа. Туда собирались не только кающиеся зеки, там было много и зеков-прохиндеев, ищущих подачек и развлечений.
У нашей же группы всё было на совести и принципах, на открытом энтузиазме обеих сторон. Люди вокруг нас держались в основном прозревающие и кающиеся. Кроме того, сами майоры из администрации, отвечающие за режим, они видели разницу между официозом пастырей, и между взаимоотношениями нас с нашей группой...
Одной особенностью было то, что люди нашей группы, по освобождению из УИН, они сразу ехали ко мне домой. Как-то так повелось само собой. А договаривались ведь в обычных письмах, читаемых цензурой. Так что люди, кто заинтересовался в иных церквях, они по выходу ехали в христианские «конторы». А наши - в дом старейшины… Да и каким я был старейшиной? У нас тогда всё только-только начиналось. Так.., инициативный брат…
Так продлилось год. А затем меня опять ЛО. Уже окончательно, с треском и бесповоротно… Но за это время уверовали, затем покаялись несколько интересных мужчин. Группа наша в УИН разделилась надвое. Александр и четверо – за отступников и будь что будет.. А кто искал обустройства – те за теократов. Приехавшие в УИН уже теократы с бумагой, они за пяток официальных встреч угробили там всё дело. В итоге – «Зал Царства» в УИН 21 умер..
Ещё через два года вышел и Александр. Как мы ждали этого дня…! Как были все счастливы… Все годы мы жили по переписке и встречам, но были как одно целое. Господь очень помогал всем нам. Кающимся зекам Бог давал новые сердца и жажду жить во Христе. А нам давал спокойствие и чуткость. Принимать в своей квартире мужчин из УИН, имея двух четырнадцатилетних дочерей-близняшек, … то ещё приключение, скажу я вам..
Но теократам мы уже не принадлежали… Они по всему Днепру про нас с женой рассказывали сказки, что в нашей квартире вертеп.
Через месяц по своему выходу брат Александр крестился в нашей, уже состоявшейся тогда домашней церкви. Затем он женился на одной из наших сестёр. Тоже изгнанной СИ. Нет слов, чтобы коротко передать все, произошедшие с нами в те дни благословения.
Через полгода брат Александр уехал к себе на родину – на Урал. Там Господь доверил ему такое же собрание, как у нас в Днепре. Случилось это очень интересно, совсем для всех нас неожиданно. По-первой Александр с Татьяной стали ревностными в официальном собрании поместных СИ. И местные СИ очень полюбили новичков с Украины. Александр вообще весьма необычный и сильный человек. Полюбили местные СИ их с женой, как и они полюбили собратьев. А позже открылось, что брат Александр крещён отступником… И его стали гнать. Но получилось, что гнать пришлось уже не только Александра с супругой, но ещё и пяток очень хороших СИ, которые вмиг увидели разницу между верующими и бюрократами…
Так стало уже две домашних церкви. Как одна семья, хотя и разделённые 3 000 километров. Все последующие годы мы ежегодно ездили в гости друг к другу, стараясь ободрять и укреплять веру друг друга…
Сколько с нами приключилось за прошедшие годы разных историй, с десятками христиан, с их семьями – можно писать и писать.
…Только вот, не так давно подружился брат Александр, живя в Тагиле, с местным православным священником, соседом по огороду.. Незаметно так подружился. И год назад заявил нам, что воцерковился в православии. Ну, воцерковился, да и воцерковился, мы уже стали весьма веротерпимы. Но не тут-то было. Стал брат Саша заниматься с нами активным прозелитизмом. Ревностно стал по инету переубеждать нас в православие. Мы только удивлялись, как быстро брат провалился … А спустя короткое время приехала в гости в Днепр Татьяна, наша сестра, супруга брата Александра. Придя в родное собрание, она песен с нами петь не стала. Так же и в молитве сидела, а не стояла, как обычно молимся мы.
«Танечка, что так», спросили мы её? «Мы с мужем Сашей теперь не имеем права с вами молиться, петь песни и принимать причастие. Мы теперь в истинной церкви, а вы - раскольники, смутьяны и сектанты».
…И это после дружбы и доверия, что были между нами.., после 17 лет общей веры и многого совместного служения, что трудно передать словами..
Так что, уважаемые, теократия ОСБ – это жесть, это фанатизм. Но фанатизм и тупая жестокость православия (как и иных конфессий) - ещё хуже.
Кто вы, юморящие тут: «ОСБ ищет адептов, или адепты ищут ОСБ?». Поверьте, весьма невесело могут закончиться такие шутки.
Меня Бог привёл в ОСБ. Хоть и в больную, НО - в христианскую церковь. ОН же меня и исцелил спустя время от ересей ОСБешных. Бог доверил мне, грешному, относительно чистое служение СИ-неформала. И не только мне, но десяткам честных и искренних христиан СИ. И что бы вы тут ни говорили, я свидетель - среди СИ БЫЛО и ЕСТЬ достаточно рабов и детей Христовых.
|
Вход
Регистрация
Библиотека
Правила
FAQ
Поиск
)
Никаких запретов на общения с другой верой,конфессией в Православии нет.Мне ничто не мешает общаться с одноклассницей адвентисткой,соседкой баптисткой и дальней родственницей католичкой.
или женитьбой? 
