Кошерный секс: Евреи и сексМ.: КРОН-ПРЕСС, 2000. — 256 с.
Перевод с французского Н.Хотинской, А.Дикарева, А.Васильковой.
АНОНС
Книга профессора Алжирского университета Жоржа Валенсена, одного из пионеров сексологических исследований в Европе, знакомит читателя с огромным количеством малоизвестных материалов по истории брачно-семейных обычаев и сексуального поведения еврейского народа. Тщательно отобраны, сгруппированы и проанализированы сотни фрагментов исторических сочинений и этнографических зарисовок, литературные свидетельства, от Талмуда до современной масс-культуры, данные научных трудов и личные клинические наблюдения автора. Ярко и убедительно раскрыты истоки так называемого «сексуального антисемитизма».
Моя прочитать только 10% и уже та-а-а-а-а-а-а-а-а-а-ак офигеть!...
В прошлом веке эльзасец А.Вейль, воспитанник синагогальной школы, мог наблюдать, как ее директор, раввин Лазарус, под чьим кровом он жил, исполнял свой супружеский долг.
Это происходило только по пятницам, после ужина; в то время, как его жена Рахиль раздевалась за занавеской при свете лишь одного рожка семирожковой лампы, он (так же, как и она) бормотал себе под нос древнееврейские молитвы, затем подходил к занавеске и произносил несколько благословений, на каждое из которых жена отвечала словом «аминь». Наконец она приподнимала занавеску и в возвышенных выражениях приглашала его приблизиться: «Супруга твоя Рахиль, твоя плоть и кровь, душа ее неразделима с твоей душой»[78].
Однако чаще муж перед половым сношением просто трижды мыл руки[79]; иногда рекомендовалась ванна; один раввин советовал мыться холодной водой для повышения силы и плодовитости[80] — он предугадал то, что ныне является установленным фактом: благотворное влияние умеренного холода на мужское семя. Для пущей чистоты мужчина не мог приблизиться к жене раньше, чем через час после посещения отхожего места; пьяный мужчина ни в коем случае не должен был вступать в интимную близость с женой[81].
...
Условия, в которых проходила супружеская близость, отнюдь не способствовали разжиганию чувственности. Талмуд предписывал полную темноту, поэтому супружеский долг рекомендовалось исполнять ночью, конечно, если не слишком ярко светила луна. Нежелателен был и свет свечи, даже прикрытой колпаком, — разве что в соседней комнате. Днем половые сношения разрешались только в полностью затемненном помещении. Запрещалось присутствие третьего лица (кроме ребенка, еще не умеющего говорить). Если в доме был гость, ему следовало находиться подальше от супружеской спальни, в комнате с плотно закрытой дверью. Половые сношения вне дома не разрешались из опасения нескромных взглядов.
Стыдливость евреев проявлялась и в том, что их обычаи сильно ограничивали наготу супругов во время сношений. Следовало обнажать не больше, чем необходимо, ибо в книге «Левит» говорится о наготе как о чем-то в высшей степени постыдном. Писатель-антисемит Кичко в одной из своих последних книг «Иудаизм без прикрас» высмеял эту стыдливость, которая до сих пор сохраняется у евреев России: надев ночную рубашку, еврей может только лежать, т.к., если он сядет или встанет, обнажится его грудь.
...
Жена одного раввина призналась как-то, что ее муж при выполнении супружеского долга обнажался лишь на ширину ладони и поспешно прикрывался сразу после соития[85]. ...
Хасидиты (мистическое течение в иудаизме, еще довольно многочисленное)
[color=#FF0000]никогда не снимают с головы ермолку, в ней они и спят, и не расстаются с этим убором, даже выполняя супружеский долг[86].[/color]
...
Предварительная любовная игра, похоже, незнакома иудеям; даже обыкновенный поцелуй раввины считали чем-то неприличным; целоваться позволялось лишь при встрече после долгого отсутствия одного из супругов. Поцелуй в губы считался к тому же нечистоплотным, во всяком случае, мужчине было запрещено целовать женщину, не состоящую с ним в близком родстве [87]. Для Маймонида же даже поцеловать очень близкую родственницу, например, старшую сестру, было поступком вульгарным и безнравственным [88]. Истинно набожному мужчине не следовало целовать даже своих дочерей, раввин Акива восхвалял обычай Медеса — целовать только руки[89], однако восточные раввины и это считали недопустимым — они зимой и летом носили плотные перчатки, дабы защитить ладони от поцелуев своей паствы[90]. Любопытно, что правоверные иудеи при такой брезгливости буквально расточали поцелуи, когда речь шла о священных предметах и книгах: если, например, книга падала на землю, то, подняв ее, они всегда спешили с благоговением прижаться губами к переплету.
...
Набожный еврей, кроме того, никогда не станет ласкать и возбуждать жену рукой: в Писании сказано, что рука достойна благоговения, когда она переписывает Тору, а чувственные игры — слишком низменное для нее занятие [91]. «Шулам Аруш», сравнительно недавний комментарий к Талмуду, запрещает также смотреть на половые органы. Один раввин-талмудист радовался тому, что грудному младенцу не приходится, как сосункам животных, видеть «нечистые» места матери, ибо предусмотрительная природа расположила женскую грудь достаточно высоко.
Еще более постыдным считалось прикасаться к половым органам губами[92]. В одной дискуссии некий раввин утверждал, что ребенок может родиться немым, если его родители предавались столь отвратительным утехам[93]. Похоже, что неприятие орально-генитальных контактов сохранилось у израильтян до наших дней. Американка Ксавьера Холландер, чей род занятий не оставляет сомнений в ее осведомленности, отмечает, что евреи питают отвращение к подобного рода прикосновениям[94].
...
Чтобы восполнить недостаток влечения, супруги нередко вызывали в воображении образ другого человека. Один израильтянин рассказывал, со слов своей матери, как некий краснодеревщик сумел выпутаться из крайне затруднительного положения: сделанная им кровать рухнула под тяжестью супругов (тоже евреев). Тогда мастер спросил у них, думали ли они о ком-нибудь другом, когда обнимались, и муж и жена ответили утвердительно; стало быть, заключил краснодеревщик, на кровати вас было четверо[95].
...
Читая Библию, где с подкупающей простотой и снисходительностью повествуется о сексуальной жизни древних евреев, можно прийти к выводу, что эротика играла большую роль в нравах этого народа, однако раввины-талмудисты утверждают обратное. Один из них писал, что «чувственное наслаждение — это совращение человеческой натуры»[96], а некий раввин Исаак, живший в средние века, говорил, что после разрушения Иерусалимского Храма наслаждение в супружеской жизни следовало бы вообще запретить[97]. Надо сказать, что тексты Священного Писания не могли иметь никакого «отношения» к сексу: так,
в комнате, где супруги занимались любовью, ни в коем случае не должна была находиться Тора. Рассказывают, что раввин Ахайя, обеспокоенный бессилием своего сына в супружеской постели, обнаружил в его спальне Тору. Он велел убрать ее, и к молодому человеку немедленно вернулась мужская сила[98].
...
В одном толковании Талмуда, широко распространенном среди иудеев в XII в., раввин А. бен Менахана советовал супругам во время соития думать о Боге, дабы от нечистых мыслей не родились дурные дети[99]. Рекомендовалось также вспоминать Тору, но не декламировать ее вслух[100]. Забота древних раввинов о том, чтобы супруги, соединяясь, не помышляли ни о чем мирском, была вполне оправданна: мужчины, которых стесняли рамки чересчур строгой моногамии, часто раздвигали их в своем воображении
...
Покинув супружескую постель, мужчина должен сразу же вымыть руки или даже принять ванну; раввины предписывали эту процедуру при всяком семяизвержении, даже если не было полового сношения[101], особенно если за этим должно было последовать чтение Торы. Даже в наши дни многие набожные евреи неукоснительно выполняют этот обычай.
В III в., когда очистительная процедура была обязательной, находилось немало упрямцев, которые, как свидетельствует раввин Иосия бен Левис, предпочитали воздерживаться от половых сношений, чтобы не пришлось потом мыться, особенно в холодную погоду, в связи с чем среди евреев Палестины сильно снизилась рождаемость. Рассказывают, что одна девушка избавилась от домогательств мужчины, спросив его: «А где ты потом помоешься?»[102]