Думаю будет интересно познакомится с молитвенной жизнью православных. К вашему вниманию предлагаю канон покойного иеромана Василия Рослякова, убитого сатанистами
в Оптиной пустыни. Примерно так переживаеться покаяние в Православии.
Душа словам преп.Иоанна Синайского как младенец и плачет и уже улыбаеться, чувствуя утешение от Отца Небесного. Плачь о своих грехах чужд отчаяния, это плачь радостный.

Текст на старославянском, но ИМХО должен быть понятным вам.

ПОКАЯННЫЙ КАНОН
ИЕРОМОНАХА ВАСИЛИЯ ОПТИНСКОГО
(РОСЛЯКОВА)

Глас 6
Песнь 1
Ирмос: Разступийся пучина Чермная и ублажи стопы Израиля уничиженнаго, сомкнувшися же мглою и бурею над главою гордости Египетския; Господа прославиша во веки, яко истиннаго Судию и Избавителя.
Припев: Помилуй мя, Боже, помилуй мя.
Где обрящу начало зла моего? Окрест воззрю и содрогаюся, внутрь обращуся и возболезную, яко тьма горькая обстоит мя. О, Звездо единая, Христе Спасе мой, достигни мя лучами благодати Твоей.
Со Адамом ныне сокрушаюся: како воспою Света утеряннаго? Како возвещу Истину оставленную? Аще реку, яко не видех Господа, камни возопиют, обличающе мя. Камо пойду, презрев Тя, Спасе, Путь и Истина сый, Христе?
Слава: Не имам, Господи, витийства высокаго, не вем глаголов премудрых, но, яко и отцы наши от века, взываю Ти: помилуй мя, Боже, и спаси мя
И Ныне: Не покрыю лукавством лютых моих, но вся возвещу Тебе, Дево Чистая, обаче не смирения полон творю сие, но безстыдства потаеннаго. Ты же, кротости источниче Пречистый, омый окаянство души моей и целомудрие во мне оживи.

Песнь 3
Ирмос: Единому дню времена уподобяя, вечности начертание показал еси, Господи, темже в храме славы Твоей лики составляются, несть свят, разве Тебе, Господи, взывающе.

Колико одежд раздеру, окаянный, и покоя достигну? Колико пепла возложу на главу срамную мою и не имам помышлений лютых? Коим врётищем покрыюся и не узрю беззаконий моих? Всуе мятуся, покаяния иский. Но Ты, Христе, рекший: без Мене не можете творити ничесоже, пройди во уды моя, словом Твоим разсецы каменную утробу мою, порази камень сердца моего и источники слез изведи.
Егда в скудости пребываю, печаль и зависть терзают мя, егда же преспеваю мало, гордостию обуреваюся неудержимою; грех алчный гонит мя, Господи. Приими сокрушение мое, Владыко, иных бо даров и жертв не имам.
Слава: Откуду прииму слёзы, аще не от Тебе, Боже? Камо гряду в день печали, аще не во храм Твой, Владыко? Где обрящу утешение, аще не во словесёх Твоих, Святе? Не отрини мене, Господи, и ныне помяни мя.
И ныне: Призри на мя, прах и пепел, Пречистая Владычице, и вся скверная моя попали, да не обешу на выю мою жернов осельский, но прах согрешений моих принесу Христу Богу моему, и возметет от лица преклоненнаго моего.
Седален
Тьма обдержит мя, оставих тя, Свете истинный, стою во тьме и хладе малодушия. Страха ради творю огнь мудрования моего и не огреет мя, нощи смертныя ужасаюся. Возстани рано, Господи, Солнце мое, и оживи мя теплотою Духа Твоего.
Слава: У Тебе, Владыко, прошу благодати, но тайную надежду полагаю в крепости моей; величаю и благодарю Тя, но славы не лишаю самолюбивыя души моея. Не презри, Господи, покаяния моего и помилуй мя.
И ныне: Со всякою скорбию, великою и малою, с обидами тайными и печалию горькою прибегаю к Тебе, Мати Божия, яко чадо, от злых обидимое, вся приношу Тебе, Дево Чистая, чая утешения и Матерния милости.
Песнь 4
Ирмос: Мир из небытии воззвавый и персть земною сыном Света соделавый, возведи, Господи, в радость душу мою и утверди во истине Твоей непоколеблемо.
К Тебе иду, Господи, и утаити замышляю, яко же Анания и Сапфира, часть некую души моей на дела постыдная. Призри на немощь мою и умертви тайная моя, и Сам яви мя неосужденна пред Тобою.
Не приемлет душа моя утешения: днем лицемерие мое наставляет мя, нощию же нечестие сердца моего предстоит мне; от обоюду печаль и поношение, несть мне прибежища; един токмо плач утверждение и утешение мое.
Слава: Отче, возстави мя, аз бо пред грехом пресмыкаюся рабски; Сыне, изведи мя от места студнаго жития моего; Святе, освяти нощь странствования моего; Троице непостижимая, да гряду к Тебе покаянием непоколебимым.
И ныне: Богородице Милостивая, горькая жизни сея услади слезами покаяния, окамененная мира сего сокрушением сердечным умягчи. Вся бо можеши, молением неусыпающим одесную Христа Бога предстоящи.
Песнь 5
Ирмос: Плачевною нощию бездне небёсней удивихся, день истлевший пред собою видя, достигнув же зари и начала солнечнаго, паки удивихся неудержимо блистанию пророчествующему.
Яко Савл, неистовствую на Тя, Боже, ревностно изгоняю благодать Твою от себе, но Ты Сам, Владыко, явися сердцу моему и ослепи е светом любве Твоей, и возглашу аз, окаянный: что сотворю, Господи?
Обличил мя еси, Господи, и преклонихся пред Тобою, стыдом покрыстася очи мои, да не узрит и нощь греха моего; токмо Тебе, Боже, печаль моя. Не остави мене, смятеннаго, посети и спаси мя.

Слава: Не гладом гладна душа моя, не жаждею жаждет сердце мое, но о глаголех Твоих, Христе, стражду, о истине Твоей алчу. Призри на немощь мою, Господи, и подаждь манну словес Твоих.
И ныне: Свещею неугасимою, слезы теплыя на землю искапающи, предстоиши, Богородице Пресвятая, пред Царем Небесным, темже и мне света и тепла Твоего даруй на дерзостное сердце моё.
Песнь 6
Ирмос: Повержен на ложе слёзное, яко на дно морское, како возстати мне, смертному, от места клеветы и презрения? Господи мой, Боже мой, воскреси мя, погибающаго.
Внегда искренний мой поношаше мя, к Тебе, Господи, душа моя; аще убо душа моя обетшает, уста призовут Владыку моего. Но камо, Господи, пойду, аще речеши: не вем тя? Земля не приймет мя, небо не покрыет мя, не отрини мене, Боже, от лица Твоего.
Твоя от Твоих приношу Ти, Спасе, и величаюся; тщуся, яко Симон волхв, Духа Святаго получити за мзду молитв и дел моих. Прости мя, Господи, и не помяни нечестия моего.
Слава: Уста исповедуют Тя, Господи, тело уготовляется на подвиги и страдания, душа же безмолвствует и готовит час отречения моего; Господи, сокруши жестокое сердце мое и от сна нечувствия возстави мя.
И ныне: Сокрушистася колена моя от нощи печали и забвения, но Ты не забуди мене, Мати Божия, и возстави мя, унывающаго.


Кондак
При брезе стану, Господи, и восплачуся, яко зрю Тя по иную страну вод непроходимых. Обрати ко мне очи Твои, Спасе мой, и помилуй мя.
Ин кондак
Глас Твой слышу, Господи, глас хлада тонка, и не вем, откуду приходит и камо идет. Отверзи, Христе Спасе, слух сердца моего и настави, и спаси мя.

Икос
Померче во мне Солнце Правды, и прииде на мя хлад земный, греюся огнем страстей моих, во дворех чуждих обретаюся, окаянный. Взыди, Господи, на небо сердца моего и день спасения мне возвести.
Песнь 7
Ирмос: Вавилонскую пещь огненную, яко часть малую пламене беззакония людскаго, отроцы невредимо проидоша, спасения песнь воспевающе: Боже отец наших, благословен еси.

Аще оставлю Тя, Господи, Ты не остави мене до конца, потерпи безумства и беззакония моя, покрый срамоту и нечестие мое. Егда же в день печали призову Тя, прости мене и не помяни непостоянства и двоедушия моего.

Стыждуся просити Тебе, Господи, темже не имам словес к Тебе, окаянный, токмо руце простираю и сердце, милости прошу и хлеба насущнаго, яко нищий, отверженный и презренный.

Тебе, Господи, ищу и не обретаю; яко, слепец, ищу Тебе и поводыря не имам; при дороге сижу и ожидаю, внегда мимоидеши, и услышиши моления моя.
Слава: Глаголеши, Господи: стучите, и отверзется вам; но скорбь, Владыко, связа руце мои, исторже мужество из души моея; при дверех сижу, безмолвный. Отверзи ми, Господи, и призри на мя, яко на разслабленнаго иногда.

И ныне: Почто сиротствую, Матерь имея мира Владычицу? Почто смущаюся во странствиих, дом наследовав небесный? Пресвятая Богородице, Мати Господа нашего, доведи мя до горняго отечествия моего.
Песнь 8
Ирмос: Не ужаснися, душе мой, не устрашися, сердце мое, искушения огненнаго, во очищение посылаемаго Господом Милосердым. Егоже страсти помяните, воскресение воспойте и превозносите Его во вся веки.
Верности слово вручаю Тебе, Господи, но при первом страсе отрицаюся; видя же Тя на поругание ведома и, обращься, зряща мене, поминаю, студный, клятвы моя, гряду вон и плачуся горько.
И плачевный Иуда любляше Иисуса, обаче корысти ради; аз же, немощный, таяжде творю: силы Божественныя любве не приемлю, изнемогаю от нощи тщеславия моего. Спаси мя, Господи, да не впаду в бездну предательства и погибели вечныя.
Слава: Дары исцелений от Бога приим и людем расточая, славою обогатися Иуда; приношения содержа и милостыню подавая, благодареньми услаждашеся; аз же, треокаянный, тщеславия богатство скопив, страшуся единожды Бога предати. Спаси мя, Господи, да воздам Тебе Единому славу и благодарение.
И ныне: Скудно есть хваление мое Твоего, Владычице, милосердия, немощно покаяние мое о бездне грехов моих; отсутствую во благодарении, безуствую и в покаянии. Не остави мене, смятеннаго, Мати Божия, и спаси мя.

Песнь 9
Ирмос: Усыновление моё чудное Материю Госоподнею дерзаю воспевати, но страшуся и трепещу сего, яко при Кресте бывшаго. Предстани мне, Мати, в позорищи и смерти и спаси мя сиянием лика Твоего пречистаго.

Не отвещаеши мне ничесоже, Господи, егда вослед вопию Тебе: помози ми, душа моя жестоко печалуется. Обратися же, Спасе мой, яко не понесу оставления сего, и помилуй мя.

Вем, Господи, вем, яко биеши всякаго сына, егоже приемлеши, но ропщу, егда зрю наказуемая чада Твоя. Прости мя, Господи, и терпение с благодарением даруй.

Слава: Разумом постигаю, яко славу готовиши плачущим и уничиженным, но душа моя не утешается ныне воздаянием грядущим; скорбь объёмлет мя, егда зрю поношения на искренняя моя. Помилуй мя, Господи, и молитися научи за враги неоскудевающия.
И ныне: Гнева огнь неугасимый сожигает мя, гордыни червь неусыпаяй снедает сердце мое. Спаси мя, Пресвятая Богородице, от мук адовых, достигших до души моея.
Светилен
Свете мой, Христе Спасе, нощь жития моего, идеже и солнце не просвещает мя, озари блистанием Божества Твоего и спаси мя.
Молитва
Господи Иисусе Христе, Ты еси Хлеб животный, и приходяй к Тебе не будет алкати, и веруяй в Тя не будет жаждати во век. Господи, Ты еси Хлеб живый, сшедый с небесе, и ядый Хлеб сей не умрет и будет жити во веки; Господи, Хлеб сей есть Плоть Твоя, юже Ты дал еси за жизнь мира, темже и рекл еси: ядый Мою Плоть и пияй Мою Кровь имать живот вечный, и Аз воскрешу его в последний день. Тако и днесь грядем к Тебе по словеси Твоему. И ныне, испытуя нас, глаголеши: не хощете ли и вы отъидти? Мы же, яко Петр иногда, зовем Ти: Господи! К кому нам ити? Ты имаши глаголы жизни вечныя, Ты еси Христос, Сын Бога Живаго, Ты еси Альфа и Омега, начало и конец, Ты еси Бог, Царь и Господь, и Твою державу и милосердие славим ныне и присно и во веки веков. Аминь.

_________________
пока еще не добежал..

ничего не понял...на русском то столько букв не прочитать, а здесь...

Это Андреас духовным спамом занимается;-)
я тоже не осилил.

Так это и не надо понимать!
Здесь имеет смысл только звуковоспроизведение с сознанием того, что это священные слова.

Вот отец Петр, основатель погановской секты, в психушке поет песни на никому кроме него непонятном "святом языке".

Здесь можно скачать Канон св. Андрея Критского в русском переводе:
http://www.archiepiskopia.be/Rus/biblio ... canon.html
Он читается в первые дни Великого поста и служит как бы молитвенным введением в него.
А вот тут еще один вариант перевода - почти подстрочник:
http://www.bogoslovy.ru/velik.htm

ЗЫ: я вообще молюсь преимущественно на русском...

_________________
Если тебе трудно - значит, ты идешь в правильном направлении...

по теме (молитвенная жизнь в Великий Пост)
хорошо еще покаянные Псалмы читать
по Синодальной Библии это Псалом: 6; 31; 37; 50; 101; 129; 142

Великопостная молитва святого Ефрема Сирина

Молитву, которую предание приписывает одному из великих наставников духовной жизни, св. Ефрему Сирину, можно действительно назвать великопостной молитвой, т. к. она особенно выделяется среди всех песнопений и молитв Поста.

Вот текст этой молитвы:

Господи и Владыко живота моего,
Дух праздности, уныния, любоначалия и празднословия не даждь ми.
Дух же целомудрия, смиренномудрия, терпения и любви даруй ми, рабу Твоему.
Ей, Господи, Царю!
Даруй ми зрети моя прегрешения,
И не осуждати брата моего
Яко благословен еси во веки веков.
Аминь.

(русский перевод:
Господи и Владыка жизни моей! Духа праздности, уныния, властолюбия и празднословия не дай мне. Дух же целомудрия, терпения и любви даруй мне, слуге Твоему. О Господи, мой Царь, даруй мне видеть мои согрешения и не осуждать брата моего; Ты же благословен во веки веков, аминь.)

Эта молитва читается дважды в конце каждой великопостной службы от понедельника до пятницы (по субботам и воскресениям она не читается, т. к. богослужения этих двух дней, как мы увидим позже, отличаются от общего великопостного строя). При первом чтении этой молитвы после каждого прошения кладется земной поклон. Потом 12 раз про себя читается молитва: "Боже, очисти мя, грешнаго", – с поясными поклонами. Затем вновь читается вся молитва, после которой кладется один земной поклон.

Почему эта короткая и простая молитва занимает такое важное место во всем великопостном богослужении? Потому что в ней перечисляются особым, свойственным только этой молитве образом все отрицательные и положительные элементы покаяния и определяется, так сказать, список наших индивидуальных подвигов. Цель этих подвигов, прежде всего, – освобождение от какого-нибудь основного недуга, направляющего всю нашу жизнь и препятствующего нам вступить на путь обращения к Богу.

Основной недуг – праздность, лень, нерадение, небрежность. Это – та странная лень и пассивность всего нашего существа, что тянут нас всегда "вниз", а не поднимают "вверх", что постоянно убеждают нас в невозможности, а потому и нежелательности что-либо изменить. Это поистине глубоко вкорененный в нас цинизм, который на каждый духовный призыв отвечает: "зачем?" и благодаря которому в течение всей нашей жизни мы растрачиваем данные нам духовные силы. "Праздность" – корень всех грехов, потому что она отравляет духовную энергию у самых ее истоков.

Плод праздности – уныние, в котором все учителя духовной жизни видят величайшую опасность для души. Человек во власти уныния лишен возможности видеть что-либо хорошее или положительное; для него все сводится к отрицанию и пессимизму. Это воистину дьявольская власть над нами, т. к. дьявол прежде всего лжец. Он лжет человеку о Боге и о мире; он наполняет жизнь тьмою и отрицанием. Уныние – это самоубийство души, потому что, если человек находится во власти уныния, он совершенно неспособен видеть свет и стремиться к нему.

Любоначалие! Любовь к власти. Как ни странно это может показаться, но именно праздность, лень и уныние наполняют нашу жизнь любоначалием. Лень и уныние извращают все наше отношение к жизни, опустошают ее и лишают ее всякого смысла. Они заставляют нас искать возмещения в совершенно неправильном отношении к другим людям. Если моя душа не направлена к Богу, не ставит себе целью вечные ценности, она неизбежно станет эгоистичной, эгоцентричной, а это значит, что все другие существа станут средствами для удовлетворения ее желаний и удовольствия. Если Бог не Господь и Владыка моей жизни, то я сам превращаюсь в своего господина и владыку, становлюсь абсолютным центром моего собственного мира и рассматриваю все с точки зрения моих необходимостей, моих желаний и моего суждения. Любоначалие, таким образом, в корне извращает мое отношение к другим людям, стараясь подчинить их себе. Оно не всегда побуждает нас действительно командовать и властвовать над другими людьми. Оно может выражаться также в равнодушии, презрении, отсутствии интереса, внимания и уважения к другим людям. Дух праздности и безнадежности в этом случае направлен на других; и духовное самоубийство соединяется здесь с духовным убийством.

После всего этого – празднословие. Только человек среди всех созданных Богом тварей получил дар речи. Все святые Отцы видят в этом "отпечаток" Образа Божия в человеке, потому что Сам Бог явлен нам как Слово (Ин 1,1). Но, будучи высшим даром, он в то же время и наибольшая опасность. Выражая действительно саму сущность человека, его самоисполнение, он именно благодаря этому может стать средством падения, самоуничтожения, обмана и греха. Слово спасает и убивает; слово вдохновляет и слово отравляет. Правда выражается словом, но и дьявольская ложь пользуется словом. Обладая высшей положительной силой, слово поэтому имеет огромную отрицательную силу. Оно создает положительное и отрицательное. Когда слово отклоняется от своей божественной природы и назначения, оно становится праздным. Оно "подкрепляет" дух праздности, уныния и любоначалия, и жизнь превращается в сущий ад. Слово становится тогда действительно властью греха.

Покаяние, таким образом, направлено против этих четырех проявлений греха. Это препятствия, которые надо удалить. Но только Один Бог может это сделать. Поэтому первая часть этой великопостной молитвы – крик из глубины человеческой беспомощности. Затем молитва переходит к положительным целям покаяния.Их тоже четыре.

Целомудрие! Если не придавать этому слову, как это часто делают, только его сексуальное, побочное значение, то его надо понимать как положительную противоположность духа праздности. Праздность, прежде всего, означает рассеяние, разделение, изломанность наших мнений и понятий, нашей энергии, невозможность видеть вещи, как они есть, в их целом. Противоположность праздности и есть именно целостность. Если обычно считают целомудрие добродетелью, противоположной сексуальному развращению, то это происходит только благодаря тому, что изломанность нашего существования нигде так себя не выражает, как в сексуальном разврате, в отчуждении жизни тела от жизни духа, от духовного контроля. Христос восстановил в нас целостность, восстановил настоящую иерархию ценностей, приведя нас обратно к Богу.

Первый чудесный плод этой целостности или целомудрия – смирение. Мы уже говорили о нем. Оно, прежде всего, – победа правды в нас самих, уничтожение всей той лжи, в которой мы обычно живем. Одни смиренные способны жить по правде, видеть и принимать вещи так, как они есть, и благодаря этому видеть Божие величие, доброту и любовь ко всем. Вот почему сказано, что Бог смиренным дает благодать и противится гордым.

За целомудрием и смирением естественно следует терпение. "Падший" в своей естественной природе человек – нетерпелив, т. к., не видя самого себя, он скор на суд и осуждение других. Это понятия обо всем неполные, изломанные, искаженные. Поэтому он судит обо всем согласно со своими вкусами и со своей точки зрения. Он равнодушен ко всем, кроме как к самому себе, поэтому он хочет, чтобы жизнь для него стала немедленно удачной.

Терпение поистине божественная добродетель. Господь терпелив не потому, что Он "снисходительно" к нам относится, но потому, что Он видит реально самую глубину вещей, которую мы по своей слепоте не видим, и которая открыта Ему. Чем больше мы приближаемся к Богу, тем терпеливее мы становимся, тем более отражаем в себе свойственное одному Богу бережное отношение, уважение к каждому отдельному существу.

Наконец, венец и плод всех добродетелей, всех усилий и подвигов есть любовь, та любовь, которая, как мы уже сказали, может быть дана одним Богом. Это тот дар, который является целью всего духовного подготовления и опыта.

Все это сведено воедино в последнем прошении великопостной молитвы, в котором мы просим: "видеть свои прегрешения, и не осуждать брата своего". В конце концов, перед нами стоит одна опасность: гордыня. Гордость – источник зла, и зло – источник гордости. Недостаточно, однако, видеть свои прегрешения, потому что даже эта кажущаяся добродетель может обратиться в гордость. Писания святых Отцов полны предостережением против этого вида ложного благочестия, которое на самом деле, под прикрытием смирения и самоосуждения, может привести к дьявольской гордыне. Но когда мы "видим наши грехи" и "не осуждаем брата своего", когда, другими словами, целомудрие, смирение, терпение и любовь соединяются в нас в одно целое, тогда и только тогда наш главный враг – гордость – уничтожается в нас.

После каждого прошения молитвы мы кладем земной поклон. Но не только во время молитвы св. Ефрема Сирина кладут земные поклоны; они составляют отличительную характеристику всего великопостного богослужения. Но в этой молитве значение их раскрывается лучше всего. В долгом и трудном подвиге духовного возрождения Церковь не отделяет души от тела. Человек отпал от Бога весь целиком, душой и телом. И весь целиком человек должен быть восстановлен, чтобы вернуться к Богу. Греховное падение состоит именно в победе плоти (животной, похоти в нас) над духовной, божественной природой. Но тело прекрасно, тело свято. Так свято, что Сам Бог "стал плотью". Спасение и покаяние тогда – не презрение к телу, не небрежение им, но восстановление тела в его настоящем служении, как выражения жизни и духа, как храма бесценной человеческой души. Христианский аскетизм не борьба против тела, но за него. Вот почему весь человек – душой и телом – кается. Тело участвует в молитве души, так же, как и душа молится не вне, а в своем теле. Таким образом, земные поклоны, "психо-телесный" знак покаяния и смирения, поклонения и послушания, являются отличительной чертой великопостного богослужения.

Прот. Александр Шмеман

И его книга о Великом посте:
http://www.krotov.info/libr_min/25_sh/shme/man_11.htm

_________________
Если тебе трудно - значит, ты идешь в правильном направлении...

Мысли на Великий Пост. Святой Иоанн Златоуст:

"Пост тела есть пища для души".


"Ошибается тот, кто считает, что пост–-в воздержании от пищи. Истинный пост есть удаление от зла, обуздание языка, отложение гнева, укрощение похотей, прекращение клеветы, лжи, клятвопреступления".


"Невозможно, чтобы огонь горел в воде, невозможно и покаяние без поста"


"Толстое тело не родит тонкого смысла"

В тему:
http://adam-a-nt.livejournal.com/16201.html

_________________
Если тебе трудно - значит, ты идешь в правильном направлении...

Покаянная молитва в стихотворном переводе.

Молитва св. Симеона Нового Богослова, 6-я из Последования ко св.Причащению

С уст сошедшее нечистых,
Из испорченного сердца,
Из души, погрязшей в скверне,
С языка, который мерзок,
Приими, Христе, моленье,
И, приняв великодушно,
Обращенья не отринув,
И простив мне эту дерзость,
Дай сказать, не обинуясь,
что хочу сказать, Христе мой,
Или сам же укажи мне,
Что сказать и что мне сделать.
Грешен я как та блудница,
Что, узнав, где обитаешь,
Принеся с собою миро,
И к стопам Твоим припавши,
Дерзостно их умащала,
О, мой Бог и мой Владыко!
Но ее Ты не отринул,
Приступившую от сердца,
Так и мной не возгнушайся,
Но дозволь Твои стопы мне
Целовать, держа руками,
И обильными слезами,
Словно миром многоценным
Умащать их дерзновенно.
Но моими же слезами
И меня очисти, Слове,
Отпусти мне прегрешенья
И грехов прощенье даруй.
Зол моих Ты знаешь бездну,
И мои ты знаешь раны,
Струпы язв моих несметных.
Но Ты видишь также веру
И усердную решимость,
И мои стенанья слышишь.
От Тебя не утаится,
Мой Творец и Искупитель,
ни единая слезинка
Или часть слезинки малой.
То, что я не мог бы сделать,
Божьи очи видят ясно,
И другое в вечной книге -
То, что я еще не сделал,
Уж написано от века.
Посмотри, как я смиряюсь,
Посмотри, сколь труд мой тяжек,
Отпусти мне прегрешенья
Боже мой, Творец вселенной!
Чтобы мог я с чистым сердцем
И притрепетною мыслью
И душею сокрушенной
Причаститься тех Пречистых
Всесвятых бессмертных Таинств,
Что для каждого источник
Жизни и обожествленья,
Кто приходит с чистым сердцем.
Ибо Ты сказал, Владыко:
«Тот, кто плоть Мою вкушает,
Тот, кто кровь Мою приемлет,
Тот со Мною пребывает,
В нем и Сам я обитаю».
А Твое, Владыко, слово,
быть неистинным не может,
И Твоей боготворящей
Причащаясь благодати,
Я не одинок, Христе мой,
Но с Тобою пребываю,
Свет трисолнечный, весь мир сей
Просвещающий сияньем!
И чтоб мне не оказаться
вне Тебя, о Живодавче,
Моего дыханья, жизни,
Ликования благого,
Мира нашего спасенья, -
Для того и приступаю,
Как Ты видишь, со слезами
И душою сокрушенной,
Прегрешений оставленье
умоляя даровать мне.
Чтоб я мог животворящих
Непорочных Твоих Таинств
Стать причастником достойным.
Чтоб со мной, треокаянным,
Ты пребыл, как обещал мне.
Чтоб лукавый искуситель
Вне Тебя меня обретши,
Не увлек меня коварно
И не дал мне уклониться
От словес боготворящих.
И припадаю к Тебе я
Ныне с теплою мольбою:
Как Заблудшего Ты принял
И пришедшую блудницу,
Так прими, о, Милосердный,
Погибающего ныне
И с душою сокрушенной
Приступившего смиренно.
Знаю я, о, мой Спаситель,
Что никто из всех живущих
Не соделал преступлений
Моему паденью равных.
Но и то я знаю твердо,
Что такого нет паденья,
Прегрешений столь великих,
Что смогли бы переполнить
Твоего терпенья чашу
И Твою превысить милость.
Ты елеем состраданья
Тех, кто кается всем сердцем,
Очищая, просветляешь
И причастниками света
И божественности, Спасе,
их соделываешь щедро.
И не только человекам,
Но и ангелам на диво
С ними Ты ведешь беседу
Словно с верными друзьями.
Это мне внушает смелость
и, надеждой окрыленный,
Дерзновенно приступаю
Я к дарам Твоим обильным.
Радость чувствуя и трепет
Я, трава, приемлю пламя,
Причащаясь, и - о, чудо! -
Орошаюсь неопально,
Купине подобен древней,
Что пылала, не сгорая.
Ныне благодарно сердце,
Благодарен весь мой разум,
Благодарны даже члены
Все - душа моя и тело.
Весь припадаю к Тебе я
И Тебя, мой Боже, славлю,
Прославляемого всеми
ныне так же как и вечно.



ПРИМЕЧАНИЯ:
Текст переведен Александровой Татьяной Львовной, кандидатом филологических наук, старшим преподавателем кафедры древних языков и древнехристианской письменности Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета
Опубликовано: Греко Латинский Кабинет

_________________
Если тебе трудно - значит, ты идешь в правильном направлении...