|
Экклезиаст (Переложение из Библии Германа Плисецкого).
Сказал Екклесиаст: все – суета сует.
Все временно, все смертно в человеке.
От всех трудов под солнцем проку нет,
И лишь земля незыблема вовеки.
Проходит род – и вновь приходит род,
Круговращенью следуя в природе.
Закатом заменяется восход.
Глядишь: и снова солнце на восходе.
И ветер, обошедший все края,
То налетавший с севера, то с юга,
На круги возвращается своя.
Нет выхода из замкнутого круга.
В моря впадают реки, но полней
Вовек моря от этого не станут.
И реки, не наполнивши морей,
К истокам возвращаться не устанут.
Несовершенен всякий пересказ:
Он сокровенный смысл вещей нарушит.
Смотреть вовеки не устанет глаз,
Вовеки слушать не устанут уши.
Что было прежде – то и будет впредь.
А то, что было – человек забудет.
Покуда существует эта твердь,
Вовек под солнцем нового не будет.
Мне говорят: «Смотри, Екклесиаст:
Вот новое». Но то, что нынче ново,
В веках минувших тыщу раз до нас
Уже случалось – и случится снова.
Нет памяти о прошлом. Суждено
Всему, что было полное забвенье.
И точно так же будет лишено
Воспоминаний наше поколенье.
Мне выпало в Израиле царить.
Я дал зарок: познать людские страсти.
Все взвесить. Слов пустых не говорить.
Задача – тяжелее царской власти.
Все чередой прошло передо мной –
Блеск, нищета, величие, разруха…
И вот вам вывод мудрости земной:
Все – суета сует, томленье духа.
Прямым вовек не станет путь планет.
Число светил доступно звездочету.
Но то, чего на этом свете нет,
Не поддается никакому счету.
И я сказал себе: ты стал велик
Благодаря познаньям обретенным.
Ты больше всех изведал и постиг,
И сердце твое стало умудренным.
Ты предал сердце мудрости – и та
Насытила его до опьяненья.
Но понял ты: и это – суета,
И это – духа твоего томленье.
Под тяжестью познанья плечи горбь.
У мудрости великой – вкус печали.
Кто множит знанья – умножает скорбь.
Зерно ее заложено в начале.
Есть время жить – и время умирать.
Всему свой срок. Всему приходит время.
Есть время сеять – время собирать.
Есть время несть – есть время сбросить бремя.
Есть время убивать – и врачевать.
Есть время разрушать – и время строить.
Сшивать – и рвать. Стяжать – и расточать.
Хранить молчанье – слова удостоить.
Всему свой срок. Терять и обретать.
Есть время славословий – и проклятий.
Всему свой час. Есть время обнимать –
И время уклоняться от объятий.
Есть время плакать – и пускаться в пляс.
И побивать каменьями кумира.
Есть час любви – и ненависти час.
И для войны есть время – и для мира.
Что проку человеку от труда?
Что пользы ото всех его свершений,
Которые Господь ему сюда
Послал для ежедневных упражнений.
Прекрасным создал этот мир Господь.
Дал разум людям, но понятья не дал.
Чтоб человек, свою земную плоть
Преодолев, Его дела изведал.
И понял я, хоть это и старо,
Что лучшего придумать мы не можем:
Трудиться. Есть и пить. Творить добро.
Я это называю даром Божьим.
И понял я, что все Его дела
Бессмертны: ни прибавить – ни убавить.
И остается нам одна хвала,
И остается только Бога славить.
Что было прежде – то и будет впредь.
И прежде было то, что завтра будет.
Бог призовет, когда наступит смерть,
И всех по справедливости рассудит.
А здесь я видел беззаконный суд.
Творят неправды, истины взыскуя.
Сказал себе я: высший суд – не тут.
Господь рассудит суету мирскую.
Дойди, Судья Всевышний, до основ,
Открой нам грубость истин подноготных:
Что нет у человеческих сынов
Существенных отличий от животных.
Судьба у человека и скота
Одна и та же, и одно дыханье.
Везде одна и та же суета,
Одной и той же жизни трепыханье.
Из праха Бог воззвал – и в прах поверг.
Все будет там. Попробуйте, проверьте:
Дух человека устремится ль вверх,
И вниз ли – дух животных после смерти?
Итак, живи и радуйся тому,
Что из твоих трудов под солнцем выйдет.
Поскольку из живущих никому
Не суждено грядущего увидеть.
И посмотрел я, и увидел днесь:
Господство силы, тягость угнетенья,
Немилосердных властелинов спесь
И слезы всех, лишенных утешенья.
Почтил я мертвых больше, чем живых,
Всех, кто под солнцем плакал и трудился.
Воистину стократ счастливей их
Тот, кто на свет жестокий не родился.
Еще я видел, что чужой успех
Рождает в людях зависть, озлобленье,
Что суета мирская – участь всех,
Что это – духа нашего томленье.
Глупец сидит – рукой не шевельнет,
Своим бездельем, вроде бы, гордится:
Мысль о насущном хлебе – вечный гнет,
Уж лучше нищим быть, чем суетиться.
Еще я понял: плохо одному.
Не сладко быть на свете одиноку.
К чему трудиться, если никому
От всех твоих усилий нету проку?
Труды, которым не видать конца,
Оправданы супружеством и братством.
А ежели нет сына у отца –
Не радуется глаз его богатством.
Ведь если путник не один идет –
Другой помочь споткнувшемуся может.
А если одинокий упадет –
Никто ему подняться не поможет.
Двоим теплее, если вместе спят.
И в драке, где один не отобьется,
Вполне возможно – двое устоят.
И скрученная нить не скоро рвется.
Вот юноша безвестный, живший встарь:
Он денег не имел, но был при этом
Умней, чем старый неразумный царь,
Который пренебрег Благим советом.
И вышел из темницы тот юнец
И заменил спесивого на троне,
И царский поднесли ему венец.
И воцарился в славе и в законе.
А ведь слепые много лет подряд
В том юноше царя не узнавали.
Воистину, «не знали, что творят».
Грядущие похвалят их едва ли…
Блюди себя, вступая в Божий храм,
Не жертвы приноси, а слушай Бога.
Глупцов же, приносящих жертвы там,
Не надо осуждать за это строго.
Запомни: имя доброе важней
Богатства, красоты, происхожденья.
А если надо выбирать из дней:
Кончины день – важнее дня рожденья.
Рыдания во время похорон
Отрадней смеха в блеске царских комнат.
Поскольку смертен человек – и он
Всегда в глубинах сердца это помнит.
Стенанья лучше смеха потому,
Что плач древнее смеха изначально.
Плач – человеку врач. Нужней ему.
Тем чище сердце, чем лицо печальней.
Поэтому и сердце мудреца
На горе откликается, как эхо,
Тогда как сердце бедного глупца
Навеки поселилось в доме смеха.
Поэтому полезней для сердец
Разительное слово обличенья,
Которое произнесет мудрец,
Чем глупых смехотворцев песнопенья.
А смех глупцов – словно фальшивый блеск:
Всегда он затмевает тех, кто плачет.
Как хвороста в костре веселый треск
Он суетен – и ничего не значит.
Пока ты молод, помни о Творце,
Пока не наступили дни без свету,
Пока, мой друг, не возопишь в конце:
Мне радости от этой жизни нету.
Пока блистает солнце и луна
И звезды над твоею головою,
Пока не наступили времена,
Затянутые тучей дождевою.
Когда у сильных ослабеет плоть,
И стражники начнут всего бояться,
И перестанут мельники молоть,
И те, что смотрят в окна, омрачатся;
На мельницах замолкнут жернова,
Замкнутся двери в городах и селах,
И будет по ночам будить сова,
И смолкнут песни девушек веселых;
Вершины станут путника страшить,
И ужас им в дороге овладеет.
И охладеет в нем желанье жить,
И, как кузнечик, жизнь отяжелеет.
И горький зацветет миндаль кругом,
И помрачится все, а это значит,
Что человек отходит в вечный дом,
И плакальщиц толпа его оплачет.
Пока крепка серебряная цепь,
Тяни ее, о жаждущих заботясь.
Пока цела колодезная крепь,
И колесо не рухнуло в колодезь…
И человек свой дух Творцу предаст,
А плоть его – земле друзья и дети.
Все – суета сует, сказал Екклесиаст.
Все – суета сует на этом свете.
Екклесиаст не просто мудр. Он дал
Народу свод необходимых правил.
Он взвесил все, изведал, испытал
И для живущих много притч составил.
Постичь стремился, чем земля жива,
И меру дать тому, что непомерно.
Я утверждаю: истины слова
Записаны Екклесиастом верно.
Подобны иглам речи мудрецов
Или гвоздям железным, вбитым насмерть.
У всех творцов неотразимых слов,
У проповедников – единый Пастырь.
Все прочее, поверь словам отца:
Излишество, не нужное для дела.
Писанье книг – занятье без конца,
Их чтенье – утомительно для тела.
Послушаем теперь всему итог:
Поступки совершая, Бога бойся.
Все исполняй, что заповедал Бог,
А больше ни о чем не беспокойся.
Любое дело, что свершилось тут,
Постыдным оно было или славным,
Бог неизбежно приведет на Суд.
Все тайное однажды станет явным.
Кто может быть "сыном Давида", "царем в Иерусалиме" (Еккл.1:1), как не Соломон?
В Талмуде (Baba Bathra 15a) сказано, что книгу Екклесиаста написали Езекия и его люди, однако это не значит, то Талмуд отрицает авторство Соломона, поскольку речь идет о том, что Езекия и его товарищи просто отредактировали текст. Раннехристианское и иудейское предание приписывает эту книгу Соломону, и, по-видимому, Лютер был первым, кто отверг его авторство.
Наиболее вероятно, что книгу действительно написал Соломон, но позднее, после плена, ее отредактировали и обогатили дополнительными оборотами. Редакция предыдущих Писаний - явление довольно распространенное в древности и не считавшееся посягательством на священный текст.
И наконец, взгляд Екклесиаста на природу человека полностью соотсветствует тому, что пишут другие авторы ВЗ. Так что ваши претензии не только к Екклесиасту, но и ко всему ВЗ. Да и НЗ тоже представляет серьезную проблему для защитников спиритических идей о "загробной жизни".
Хотелось бы напомнить Неотелу, что авторы подобных комментариев на Екклесиаст (которые ты привел выше), с тем же апломбом отрицали библейские чудеса, вплоть до чудес, совершенных Иисусом. Судя по времени написания этих, с позволения сказать, комментариев. Не стоит пить из замутненного источника - отравишься.
Последний раз редактировалось Unmasker Вт сен 30, 2008 11:40 am, всего редактировалось 2 раз(а).
|
Вход
Регистрация
Библиотека
Правила
FAQ
Поиск
.
