Алексей Острадчук писал(а):
Если Вы искренен и не критик по натуре (а только лишь по нику), то почитайте вложенную книгу. Называется она "Библия". Это 12-й из 17-ти томов, написанных Полом Джонсоном. Он многое осмысливает и глубоко исследует.
А если Вы искренен,то почитайте эту 'Библию'.
Митраизм возник во втором тысячелетии до н.э. на выжженных солнцем просторах Персии и Малой Азии и достиг своего расцвета в III-IV веках после Рождества Христова. Подобно тому, как христианство зародилось в лоне иудаизма, митраизм был теснейшим образом связан с зороастризмом - одним из древнейших религиозных учений, влияние которого на многие культы и верования Востока и Средиземноморья было весьма значительным.
Сопоставление внешней, знаково-символической стороны учений Митры и Христа, а также обрядности и священных писаний этих двух религий способно повергнуть неискушенного читателя в крайнее изумление:
оказывается, христианство почти полностью ассимилировало, или, проще говоря, скопировало символику и священные церемонии культа солнечного божества. Несмотря на целый ряд догматических и идеологических различий, влияние митраизма на христианское вероучение признается большинством современных исследователей как непреложный факт.
Последователи Митры праздновали день рождения своего божества 25 декабря, в день зимнего солнцестояния, что впоследствии было перенято христианами. Появление на свет младенца Митры в самую темную ночь в году под сводами пещеры знаменует рождение света и надежды, ожидание скорого воскрешения природы после долгого зимнего сна. А ведь и рождение Иисуса символизирует приход в мир Мессии, дарующего надежду на воскрешение и возрождение души в новой, вечной жизни.
Рождественские легенды христиан и митраистов настолько похожи, что вывод о сознательном, почти полном заимствовании напрашивается сам собой. Так же, как и младенцу Христу, маленькому Митре пришли поклониться пастухи, а затем волхвы, принесшие Спасителю золото и благовония. Большинство исследователей полагают, что эти волхвы, фигурирующие и в Евангелии, и в митраистских преданиях, были зороастрийскими священнослужителями, пришедшими воздать почести родившемуся Мессии.
Жизненный путь Христа и Митры также во многом схож. Они оба соединяют в себе человеческое и божественное, являясь, таким образом, посредниками между людьми и Богом. И Христос, и Митра творят волю Отца, их пославшего, и противостоят силам тьмы. И тот, и другой по завершении своего земного пути вознеслись на небо, к престолу Творца.
Символика и обрядовая сторона христианства и митраизма также обнаруживают почти полное сходство.
У приверженцев солнечного божества существовал обычай осенять себя крестным знамением, при посвящении неофита в таинства религии над ним проводили обряд крещения-омовения, очищавший принимающего новую веру от его прошлых прегрешений. Подобно христианам, митраисты причащались хлебом и вином, причем сама церемония Святого Причастия была призвана имитировать последнюю трапезу Митры со своими учениками. И христианское, и митраистское духовенство использовало во время богослужений кропильницу, а сама служба проводилась на древнем, неизвестном простому народу языке. Голова и лик Митры на священных изображениях окружены нимбом - сияющим ореолом с солнечными лучами, что также соответствует христианской иконографии.
Анализ критической массы этих фактов, недвусмысленно свидетельствующих о преемственности христианства по отношению к митраизму, привел исследователей культа персидского солнечного бога к неожиданному и довольно оригинальному выводу:
в течение длительного времени, вплоть до XI века после Рождества Христова, Митра почитался как одна из ипостасей Иисуса Христа, а поклонение ему являлось одной из форм христианского вероучения. Верховный жрец солнечного божества носил тот же титул, что и глава католической церкви, - «папа» или «святой отец». Церемониальное облачение Папы Римского в точности соответствует одеянию митраистских священнослужителей: высокий головной убор, называемый тиарой или митрой, и красные ботинки, явная аналогия с обувью жрецов Митры - красными солдатскими сапогами, отличительному знаку древнеримских военачальников.
По всей вероятности, подобное слияние христианства и митраизма было делом рук римских цезарей. После установления христианства в качестве официальной государственной религии число приверженцев Митры было столь велико, что насильственная христианизация могла спровоцировать настоящий социальный взрыв. Власти предержащие пошли на компромисс, соединив оба учения воедино, внеся в миролюбивое и пацифистское по сути христианство воинственные идеи культа Непобедимого Солнца.
Римская империя в те годы находилась в состоянии длительной войны с Персией, и установление митраизма, персидской по происхождению религии, в качестве государственной идеологии ознаменовало бы духовную и конфессиональную зависимость Рима от Персии. Римских цезарей, стремившихся к установлению собственной гегемонии, такая перспектива совершенно не устраивала, поэтому христианизация была единственным средством остановить экспансию восточных вероучений.
После установления христианства и последовательной ассимиляции им символики и отдельных идеологических моментов митраизма культ Непобедимого Солнца начал постепенно сдавать позиции, пока окончательно не канул в Лету. Правда, отголоски этой некогда могущественной религии отчетливо слышны и в наши дни. Морально-нравственные принципы современного общества в значительной степени основываются на созданном митраистами духовно-этическом фундаменте. В повседневной жизни мы невольно упоминаем имя персидского солнечного божества практически ежедневно. Одно из самых распространенных русских имен - Дмитрий - означает в переводе «преданный Митре». А пользующиеся метро едва ли знают, что слово «метрополитен» произошло от слова «метрополия» или, как говорили раньше, «митрополия», то есть город Солнца, город Митры.
Вход
Регистрация
Библиотека
Правила
FAQ
Поиск
