|
По теме про ВЗ канон и переводы – цитата из книги: Холл Стюарт Дж. Учение и жизнь ранней церкви. – Новосибирск: Посох, 2000. – 324 с., стр. 41-46
Автор явно пытается избежать конфессиональной ограниченности, и во многом ему это удалось (правда, до конца я ещё не дочитала), книга скорее религиоведческая. Мне понравилось краткое описание формирования ВЗ канона. Приведу авторский текст с моими заметками и вопросами в скобках (синим цветом). Очень хотелось бы узнать, кто и что думает по этому отрывку.
Цитата:
Христианство изначально являлось книжной религией. Обучение новообращенных и жизнь общины основывались на чтении священных текстов. Тем не менее, было бы ошибочно утверждать, будто христианство – «религия одной книги», поскольку даже само слово biblia по-гречески означает «книги» (во множественном числе). Библия включала в себя целый ряд очень разнообразных литературных произведений, вместе обычно называемых «писания» (graphai).
Когда апостолы начали проповедовать учение Христа, их первыми слушателями стали палестинские евреи, затем грекоязычные «иудеи рассеяния». В великом городе Востока Александрии был еврейский квартал, а в Риме им дозволили расположить свои лачуги достаточно обособленно от столицы языческого мира. Некоторые иудеи, осевшие в сельской местности, сумели разбогатеть и стать землевладельцами, а горожане пристроились ремесленниками и пооткрывали лавочки. Именно в их синагогах прозвучали первые христианские проповеди, и исходя из их священных книг благовестники доказывали, что обетованный Мессия (Христос) и есть Иисус. Сходные события описаны в Деян 13.14-42 (ср. 9.20-22). В синагогах с благоговением хранили Закон, то есть Пятикнижие Моисеево, с которого начинается современная Библия. Кроме того, имелись Книги Пророков, а также Писания, включившие в себя Псалтырь, Притчи и другие поучительные книги.
Саддукеи, заведовавшие иерусалимским храмом, признавали только Закон, то же делали самаряне. Учителя закона (фарисеи) наряду с Пятикнижием Моисеевым почитали Книги Пророков и Писания. Вскоре после появления христианских проповедников, а именно – после падения Иерусалима в 70 г., раввины собрались и приняли «канон», то есть ограниченный список книг, ставший впоследствии основой канона христианского. Некоторые книги или главы, часто читавшиеся в синагогах, оказались исключены из числа священных. Среди них были книга Иисуса, сына Сирахова, книги Маккавейские, главы Даниила о Сусанне и старцах и о Виле и драконе. Часть из них сохранилось в полной Библии с пометкой «апокрифы» или «неканонические». В некоторых случаях (например, длинное продолжение Книги Есфири) дополнительные главы существовали только в греческом переводе, а в еврейском оригинале отсутствовали. Это вплотную приводит нас к вопросу о языке Библии.
В Палестине, Сирии и Вавилонии христиане общались с людьми, которые говорили на диалектах арамейского (позже – сирийского), а еврейское Священное Писание читали в свободном арамейском переводе, называемом «Таргум»; кроме того, многие владели еще и греческим. В других местах последний являлся родным для подавляющего числа людей, и поэтому проповеди и чтение Писания также были на языке эллинов. Греческий перевод еврейской Библии появился не позже 200 г. до н.э. (до появления христиан) Сохранилась легенда о его чудесном появлении из-под пера семидесяти александрийских толковников, благодаря которой он получил название «Септуагинта» («Семьдесят) и краткое обозначение «LXX». Немало книг (книг Библии?) ходило в греческих переложениях, и христиане стали относить к Септуагинте их все, хотя легенда касалась лишь Закона. Одни переводы были ближе к оригиналу (Пятикнижие и Псалмы), а другие существенно отличались от него: притчи Книги Иова и Есфири производят впечатление свободных пересказов и местами восходят не к общепринятому Масоретскому тексту, а к иному, более древнему, оригиналу. Даже наиболее точные из переводов отражают религиозные идеи эллинов. Например, в Исх 3.14 есть сложное для понимания место: Бог открывает свое имя Моисею и говорит: «Я есмь Кто Я есмь». Перевод гласит: «Я есмь Сущий» (ho on), тем самым текст приспособлен к греческой философии, где «сущее» (ho on) считалось вечно и подлинно присутствующим в противовес изменчивому и становящемуся. В тех случаях, где в еврейском оригинале люди «узрели» Бога, перевод рассказывает о том, как Бог «явился пред ними» (Исх 24.10).
Греческий вариант Священного Писания стал в это время основой религии синагог и вдохновил немало литераторов. Известный александрийский мыслитель Филон (20 г. до н.э. – 50 г. н.э.) написал подробное толкование к пяти книгам Закона и провозгласил Моисея учителем высшего философского пути жизни. Неприемлемые для греческой философии идеи (особенно концепция Бога), неточные сведения об исторических событиях, невозможные законы объяснялись как иносказания, имеющие некий духовный смысл. Сходным образом стоики оправдывали непристойные поступки богов, описанные Гомером.
После гибели Иерусалима в 70 г. раввины заложили основы современного иудаизма в виде официального древнееврейского варианта Библии, а греческие переводы убрали из синагог. (но не сразу, а постепенно) Тем не менее большая часть иудеев считала родным языком не еврейский, а греческий, и полностью отказаться от него было невозможно. За первые несколько веков нашей эры появилось три новых и более точных перевода, названные в честь толковников Феодоция, Симмаха и Аквилы. Христиане же держались за традиционный вариант, находя в нем нюансы, помогающие в доказательстве их идей. (в этих «более точных» переводах очевидно нюансов уже не было, догадайтесь почему...) Кроме того, сохранению старого перевода способствовали иудеи Филон и Иосиф Флавий, чьи книги пользовались уважением у христианских богословов и толковников.
Ранние христианские проповеди нередко начинались с чтения греческой Библии в синагоге. Если все собрание принимало Благую Весть (а такое случалось), то синагога превращалась в церковь и продолжала служить по тем же книгам. Часто бывало так, что обращались отдельные слушатели, и тогда в церкви оказывались как бывшие иудеи, так и отрекшиеся от идолов язычники. Таким группам были нужны книги, достать которые было трудно и дорого. Обычно переписывали со свитков, принадлежащих другой церкви. При этом сами новообращенные не знали, какие книги считать священными, приходилось полагаться на слово братьев, предоставивших текст. Именно поэтому крупные церкви в Риме, Антиохи и других важных городах приобрели определенное влияние на меньшие общины.
В конце концов образованные люди стали задумываться над тем, как определить истинность текста и его каноничность. Одним из самых ранних примеров, который относят к 170 г., считают поступок Мелитона Сардийского из Малой Азии. В поисках точных сведений «о древних книгах, их числе и порядке» он отправился на Восток, «туда, где по ним проповедовали и где их писали», и вернулся со списком «книг Ветхого Завета» (Фрагмент 4 приводится у Евсевия в «Церковной Истории», 4.26.13-14). Список Мелитона совпадает с укороченным каноном, принятым раввинами после падения Иерусалима, что подтверждает его слова о путешествии в Палестину. Те же книги, хотя и в другом порядке, приводятся позднее Оригеном, который хотел в спорах с иудеями ссылаться только на тексты, принятые у его противников (Евсевий «Церковная История», 6.25.1-2). (это делает ему честь) Однако сам Ориген считал священными намного большее число книг и ссылался на Септуагинту как на Слово Божие, в том числе на Премудрость Соломонову и дополнительные главы Даниила. (Тут я с ним согласна: никогда не делила книги Св. Писания на 1-й и 2-й сорт). По-видимому, Церковь не подвергала сомнению их богодухновенность, пока не вступила в споры с иудеями. (Или пока иудеи не вступили в споры с Церковью?)Вопрос канона стал камнем преткновения для многих верующих. Восточные отцы обычно пользовались длинным списком, но со времен Афанасия («Торжественные послания», 39) стали различать строго канонические и второстепенные книги. (Св. Афанасий, быть может, тоже ссылался на масоретский канон? Кто-нибудь что-нибудь знает об этом?) Единственным исключением оставались великие антиохийцы Иоанн Златоуст и Феодорит, которые никогда не делили священные тексты по важности. (Вот-вот!) Западные отцы под влиянием Августина и руководимых им соборов (Гиппонского в 393 г. и Карфагенского в 379 г.) почитали все Писание равносвященным. (Очень интересно, даже латиняне не делили Св. Писание по сортам!) Только усилия Иеронима по возвращению к еврейскому оригиналу (к официальному масоретскому тексту, который большим авторитетом у христиан никогда не обладал) смогли пошатнуть единодушие латинян и ввести деление книг на канонические и неканонические, что впоследствии привело к полному отказу протестантов от апокрифов. (здесь под «апокрифами» автор очевидно понимает «неканонические» книги, а не собственно апокрифы)
Толкование Писания
Одно дело – обладать бесценными книгами, другое – читать и понимать их. Первые благовестники, обращаясь к слушателям синагог, старались ограничиться буквально несколькими строчками священного текста и на их основе показывать, как Христос осуществил древние пророчества и как «исполнилось Писание». Апостол Павел объясняет суть Евангелия так: «что Христос умер за грехи наши, по Писанию, и что погребен был, и что воскрес в третий день, по Писанию» (1 Кор 15 15.3-4). В Новом Завете легко отыскать места из иудейской Библии, становящиеся причиной споров, например, Пс 109 в Мк 12.35-37 и Евр 5 и 7. Странствующие проповедники делали для себя выписки важнейших для христиан текстов (всю Библию носить было тяжело). Позднее такие подборки были изданы официально под названием «Свидетельства» (Testimonia). Автором одной из таких книг считают Киприана. Богословы пытались расширить число текстов, способных послужить христианскому благовестию; именно этому посвящено новозаветное Послание к Евреям, а также «Разговор с Трифоном иудеем» Иустина.
Кроме проповеди о Христе в Священном Писании было много полезного, что иудеи уже давно нашли для себя. Истории о жизни праведников подавали добрый пример молодым верующим. Заповеди о служении Богу и отказе от идолов, о твердости в вере и нравственной чистоте неоднократно повторялись христианскими учителями. Первое Послание Климента Римского содержит огромное число ссылок на иудейскую Библию, откуда автор выводит необходимость повиновения законам и постановлениям Божиим. Даже слова Иисуса Христа Климент приводит по Ветхому Завету (напр., 1 Клим 22).
(Совершенно замечательный пример использования полного ВЗ в христианских писаниях – это гомилия Мелитона Сардийского (ум. в 185 г.) «О Пасхе». В этом, сравнительно небольшом и очень красивом тексте, более 500 ссылок, цитат и аллюзий из ВЗ! Там много образов и цитат из т.н. «неканонических» книг, наряду с «каноническими» - Иудифь, Премудрость Соломона, Премудрость Иисуса, сына Сирахова. И в «Постановлениях Святых апостолов» того же Климента Римского тоже есть образы из Премудрости Соломона)
Толкование Библии начинается спором и продолжается распрей. Христиане разбирали вместе с иудеями смысл древних пророчеств и предъявляли ветхозаветные подтверждения того, что Иисус есть Христос (Мессия) – об этом говорил в Эфесе красноречивый Аполлос (Деян 18.27-28), и об этом же писал Иустин в «Разговоре с Трифоном иудеем». (Иудеи не оставались в долгу, потому что) Способность видеть Христа в Священном Писании является даром Святого Духа, Который может убрать «покрывало», мешающее иудеям правильно понимать Моисея (2 Кор 3.12-18). Таким образом для постижения смысла Слова Божия требуется не только усердное изучение, но и озарение свыше. (Полностью согласна с автором!)
Конец цитаты.
Из этого отрывка я вынесла для себя несколько подтверждений своим мыслям:
1. Септуагинта переведена с более древнего текста, чем масоретский, а значит более традиционна. Перевод сделан иудеями и для иудеев.
2. На иудейский канон и масоретский текст влияло появление христианства и полемика с ним.
3. До начала 4-века Церковь пользовалась полным каноном, но именно под влиянием споров с иудеями часть древнего канона была поставлена под сомнение.
_________________
Если тебе трудно - значит, ты идешь в правильном направлении...
|
Вход
Регистрация
Библиотека
Правила
FAQ
Поиск
