вопрос лжи неизбежно связан с вопросом правды. Тогда что есть правда, чтобы понять, что есть ложь?
Религиозная ложь - это ведь не признание того, что отказ от переливания крови - неоправданно, а порой и жестоко.
Это ведь непризнание того, что Бог тринитарен или нетринитарен, или еще как-нибудь. Не это все...
и тут все обязательно приходит к вопросу свободы - и особенно свободы во Христе.
Я, Cat, размещу следующие цитаты здесь, а не в теме про пилотаж, там поортодоксальней будет, а тут, думаю, ты не будешь слишком строга к моим вольностям в обильном цитировании
у Достоевского герой "Записок из подполья" много думает об этой самой персональной свободе, вот небольшой кусок его предварительных раздумий...
Цитата:
Свое собственное, вольное и свободное хотенье,
свой собственный, хотя бы самый дикий каприз, своя фантазия, раздраженная
иногда хоть бы даже до сумасшествия, - вот это-то все и есть та самая,
пропущенная, самая выгодная выгода, которая ни под какую классификацию не
подходит и от которой все системы и теории постоянно разлетаются к черту. И
с чего это взяли все эти мудрецы, что человеку надо какого-то нормального,
какого-то добродетельного хотения? С чего это непременно вообразили они, что
человеку надо непременно благоразумно выгодного хотенья? Человеку надо -
одного только самостоятельного хотенья, чего бы эта самостоятельность ни
стоила и к чему бы ни привела. Ну и хотенье ведь черт знает...
Дальше он много и неспешно размышляет об этом самом хотеньи. Итог раздумьям героя подводит Бердяев в своей "Философии свободного духа"
Цитата:
Гениально выражена свобода у Достоевского в словах героя "Записок из подполья". Человек есть иррациональное существо, и он дорожит более всего тем, чтобы по своей вольной воле жить. Он согласен на страдание во имя своей вольной воли. Он готов опрокинуть всякий разумный порядок жизни, всякую гармонию, если она лишает его свободы выбора и если она будет принудительной. Признание лишь той свободы, которую дает истина, дает Бог, и отрицание свободы в избрании и принятии истины ведут к тирании. Свобода духа заменяется организацией духа. Пусть истинная высшая свобода возможна лишь во Христе и через Христа. Но Христос должен быть свободно принят, к Христу должен привести нас акт свободы духа. Христу нужна наша свобода в Его принятии. Христос возжелал свободной любви человека. Христос не может никогда и ни к чему принудить, и Лик Его всегда обращен к нашей свободе. Бог принимает лишь свободных. Бог ждет от человека свободной любви.