А какая религиозное учреждение в здравом уме и светлой памяти отпустит своего прихожанина?
У СИ - ЛО.
Православие - анафема.
Напомнить про католическую инквизицию о всепрощение и глубокое понимание к еретикам?
В исламе - смерть.

Я насчет анафемы. Когда была последняя произнесена? И сколько человек за всю историю ей подверглись? Знаете?

Честно - не скажу. Точных статистических данных не имею. Если есть - поделитесь!
Но уверена, что таких достаточно!
Из таких нашумевших - 1997 год - Филарет (Денисенко).

В конце 15-го века руководители русской православной церкви по примеру западной инквизиции вывозили еретиков на лёд Москвы-реки в деревянных клетках и живьём сжигали. Так что яблочко от вишенки...

правильно - раскольник Денисенко. А перед ним - гетьман Мазепа - предатель и ренегат. Льва Толстого - просто отлучили. Итого - 3 за 300 лет. А сколько ло?

Где почерпнули подобного рода информацию?

Возникновение ереси в Великом Новгороде во второй половине XV века обычно связывают с неким проповедником по имени Схария. Сведения о учении Схарии и его последователей весьма отрывочны и их источником является исключительно обличительная литература их церковных оппонентов. Некоторые современные учёные (Р. Скрынников, например) предполагают, что Схария был выдуман противниками жидовствующих (Иосифом Волоцким) для дискредитации секты.

«Жидовствующие» отрицали монашество и церковную иерархию, отвергали поклонение иконам, мощам и кресту. Строгие монотеисты, они не признавали божества Иисуса Христа, полагая его сыном человеческим, и пророком, подобным Моисею. По некоторым свидетельствам, не верили они и в загробную жизнь. Кроме того, жидовствующие не принимали исчисленную дату конца света, которого многие тогда ожидали в 7000 году «от сотворения мира» (1492 от «Рождества Христова»). В счислении лет «от сотворения мира» они опирались на еврейский календарь, а не на принятый на Руси счёт, воспринятый от византийских хронографов.

Проповедник, известный как «Схария Жидовин», предположительно прибыл в Новгород из Киева в свите литовского князя Михаила Олельковича в 1471 и «совратил в жидовство» новгородских священников Алексея и Дениса, Фёдора Курицина, Ивана Чёрного, которые, по-видимому, стали главными распространителями ереси в Новгороде, а затем и в Москве. В политическом отношении новгородские еретики ориентировались на Москву, стремившуюся тогда присоединить Новгород; подобно нестяжателям они требовали от монастырей оказаться от владения земельными угодьями и крепостными, что также не могло не находить сочувствие у московского князя Ивана III. Вопрос о церковном землевладении приобрёл такую остроту во многом из-за того, что землевладельцы, ожидая скорую кончину мира, передавали монастырям свои владения на «помин души».

После аннексии Новгорода Москвой в 1478 великий князь изъял в свою пользу более половины земельных владений новгородских монастырей. Одновременно Иван III приблизил к себе священников Алексея и Дениса, которые в 1480 году получили места протопопов в Успенском и Архангельском соборах Москвы. Их проповедь привлекла к ереси многих москвичей, в том числе невестку великого князя Елену, приближенных великого князя, в числе которых был дипломат и писатель дьяк Фёдор Курицын. В 1487 новгородский архиепископ Геннадий доносил великому князю и митрополиту об открытой им ереси, но никаких последствий донесение тогда не имело.

Несмотря на противодействие митрополита Московского Геронтия, Геннадию, однако, удалось заручиться поддержкой влиятельных епископов, и в 1488 созвать собор, на котором нераскаявшиеся новгородские еретики были осуждены. В дальнейшем противники жидовствующих и нестяжателей встретили серьёзные трудности: митрополитом стал слабовольный Зосима, полностью следовавший политике великого князя и, по некоторым сведениям, сам придерживавшийся еретических взглядов. На сторону противников нестяжателей перешёл религиозный деятель и писатель Иосиф Волоцкий, написавший обличительную книгу «Просветитель». Именно он способствовал распространению названия «жидовствующие», связавшего христианских инакомыслящих с «врагами божиими» евреями. Во многом благодаря его стараниям власти вынуждены были назначить сыск, и новый собор в 1490 отлучил нестяжателей и жидовствующих от церкви и предал проклятию. Противники ереси, однако, были разочарованы слишком мягкими приговорами — никто даже не был казнён, а ведь требовали отступников «жечи и вешати».

После собора политическое влияние нестяжателей и «жидовствующих» не пошатнулось: Зосима по-прежнему оставался митрополитом, к тому же, так и не состоявшийся в 1492 конец света дал сильнейший аргумент в свою пользу. Только в 1495 удалось сместить Зосиму, а в 1499, посредством сложных дворцовых интриг, вызывать гнев великого князя на главных сторонников ереси при дворе. Одновременно Иосиф Волоцкий и его сторонники вели борьбу против нестяжателей, которых возглавлял Нил Сорский. Хотя позиция нестяжателей в вопросе о церковном имуществе импонировала великому князю, в его глазах они запятнали себя поддержкой опальных бояр. Этим обстоятельством воспользовался Иосиф Волоцкий.

Когда на соборе 1503 года великий князь поднял вопрос о церковных имуществах, Иосиф Волоцкий призвал его на старости лет свершить душеспасительное дело — розыск и наказание еретиков. Иван III поддался нажиму.

В 1504 году под председательством митрополита Симона был созван собор, специально посвящённый искоренению ереси. Собор носил политический характер и был направлен против царицы. Видные приверженцы ереси были преданы анафеме и сожжены, вскоре после чего ересь прекратилась.

В XV в. широкое развитие получило новое антифеодальное движение, также имевшее религиозную оболочку, - новгородско - московская ересь. Сторонники этого антифеодального движения требовали уничтожения церковного землевладения, отмены исповеди, не верили в воскресение мертвых. Они отрицали внешнюю обрядность и основные догматы православной церкви, например догмат о троице, не признавали икон.

Они выступали также против церковной знати, осуждая ее стяжательство. В ереси отразился социальный протест городских людей против феодального гнета. Она, однако, не была поддержана крестьянским движением, и в этом ее слабость. Для борьбы с ересью в 1490 г. был созван церковный собор, на котором присутствовали самые воинствующие представители церкви. Собор отлучил от церкви и предал проклятию участников этого движения и потребовал от царской власти их смерти. Проповедуя необходимость жестокой казни еретиков, духовные власти руководствовались в своей практике Кормчей книгой, являвшейся переводом византийского Номоканона (свод правил византийских императоров, касающихся церкви и церковных дел). В главах 31-33 «градского» закона, вошедшего в состав Кормчей, были положения, которым в течение многих столетий следовали духовные власти: «Аще жидовин, христианина раба имый, и обрежет его, да отсекут ему голову; аще жидовин или агарянин дерзнет развратити от христианской веры христианина, главней повинен казни, иже сподобився святого крещения и еретичествует и еллинствует, конечной муце повинен есть» [4].

С требованием смерти еретиков обратился к царю Ивану III и новгородский архиепископ Геннадий Гонзов, прозванный современниками «кровожадным устрашителем преступников против церкви». Геннадий был в восторге от испанских инквизиторов, особенно от его современника Торквемады, который за 15 лет своей инквизиторской деятельности сжег на кострах и предал различным наказаниям многие тысячи человек. Настаивая на казни еретиков, Геннадий писал в 1490 г. московскому митрополиту Зосиме: «Смотри, франки по своей вере какую крепость держат! Сказывал мне при проезде через Новгород посол цесарский про шпанского короля, как он свою землю очистил, и я с тех речей и список тебе послал» [5]. Геннадий советовал митрополиту Зосиме поставить деятельность «шпанского короля» Фердинанда и испанских инквизиторов в пример Ивану III. Но еретики своей агитацией против церковного землевладения и церковной знати облегчали Ивану III борьбу за ликвидацию крупного церковного землевладения, которую он вел в интересах светских феодалов и служилых людей. Поэтому он ограничился лишь наказанием еретиков. Их били кнутом, а затем отослали к новгородскому епископу для осуждения церковным собором. Осудив еретиков и предав их проклятию, Геннадий, по примеру полюбившихся ему католических инквизиторов, устроил еретикам позорный въезд в Новгород. За 40 километров от города их посадили в шутовской одежде на коней «хребтом к глазам конским», т.е. задом наперед, на головы им надели берестяные шлемы с надписью «Се есть сатанино воинство» и в таком виде возили по городу. Городские жители обязаны были плевать на еретиков и говорить: «Это враги божьи и христианские хулители». В заключение на их головах были сожжены берестяные шлемы. Некоторых еретиков, как рассказывает летопись, по требованию Геннадия сожгли на Духовском поле, а других он послал в заточение [6].

После разгрома новгородского антицерковного движения его центр перешел в Москву. Во главе этого движения стали Федор и Иван Курицыны. Московские еретики также боролись за ослабление власти крупных церковных феодалов и были противниками церковного землевладения. Они выступали против монашества, критиковали «творения» отцов церкви, но не посягали на основы христианства. Суровым и непримиримым гонителем этого движения был игумен Волоколамского монастыря Иосиф Санин (Волоцкий). Он был представителем воинствующей церкви, сторонником сильной светской власти, создателем теории божественного происхождения царской власти. Подобно новгородскому архиепископу Геннадию, Иосиф хорошо знал практику испанской инквизиции, восхищался ее деятельностью по борьбе с ересями и пытался перенести на русскую почву теорию и методы ее борьбы.

Иосиф обрушил на еретиков немало богословско-полемических «Слов», написанных в злобно воинствующем духе. В них много общего с писаниями францисканских монахов, боровшихся в XIII в. с ересью альбигойцев. Настаивая на казни еретиков, Иосиф доказывал, что даже те из них, которые, убоявшись смерти, покаялись, не заслуживают помилования и прощения. В «огненных казнях» и тюрьмах Иосиф видел «ревность» к православной вере. Он проповедовал, будто руками палачей казнит еретиков сам «святой дух». Убеждая царя в необходимости физического уничтожения еретиков, [b]Иосиф говорил, что «грешника или еретика руками убить или молитвой едино есть» и что казнить еретика - значит «руку освятить»[/b]. Иосиф призывал всех «истинных христиан» «испытывать и искоренять лукавство еретическое» и грозил строгим наказанием тем, кто «не свидетельствовал», т.е. не доносил, на еретиков. Вслед за католическими инквизиторами Иосиф учил, что в борьбе с еретиками допустимы все средства - обман, хитрость, ложь, предательство. Одно лишь сомнение в законности сожжения противников церкви этот инквизитор считал «неправославным». Необходимость суровых мер против еретиков Иосиф подтверждал примерами из ветхозаветной истории. Он ссылался также на примеры из жизни представителей церкви, например Льва Катежского, который якобы одной своей епитрахильей сжег еретика Лиодора. Иосиф обращался также к «градским» законам, вошедшим в состав Кормчей книги, которые предписывали карать смертной казнью за переход из православия в другую религию. Жестокие «градские» законы, преследовавшие свободу совести, Иосиф называл «божественным писанием», подобным так называемым пророческим и апостольским книгам. Одобрив и освятив церковным авторитетом эти инквизиторские законы, духовные власти постоянно пользовались ими в борьбе с антицерковным движением.

Московских еретиков судил церковный собор 1504 г. По настоянию собора наиболее активных еретиков - Ивана Волка, Михаила Коноплева и Ивана Максимова сожгли в клетке в Москве, а Некраса Рукавова - в Новгороде, предварительно отрезав ему язык. Духовные инквизиторы во главе с митрополитом Симоном настояли еще на сожжении юрьевского архимандрита Кассиана. Его брат Иван Черный бежал «в немцы».

Кровавый террор против участников антицерковного движения на этом не закончился. Иосиф продолжал выискивать их и предавать их суровому наказанию. Уступая Иосифу, царь Василий Иванович, как сообщает летопись, велел оставшихся еретиков «в темницы вметати до конца живота их».

После расправы с еретиками на соборе 1504 г. Иосиф стал знаменем воинствующей церкви - «презлых иосифлян», боровшихся с участниками антицерковного движения посредством духовного и светского меча. За заслуги перед светской властью и церковью Иосиф в 1591 г. был объявлен общерусским «святым».

Где же сотни тысяч и миллионы?

...репрессировано государством с подачи РПЦ вследствие отсутствия законной свободы вероисповедания, сгинуло в лесах и болотах Севера и Сибири, будучи изгнанными за веру и беженцами от никонианской ереси... и т.д., и т.п.

Видные приверженцы - сколько? Зачем писать о миллионах?

А старообрядцы не подвергались физическим расправам, но занимались самососжением.

А старообрядцы не подвергались физическим расправам, но занимались самососжением.

Ложь.

Нет, Иллидан. Не надо самому лукавствовать - все описываемые события - происходили в Одной Церкви, это внутренние расколы, не касающиеся иноверия.

Да, жестокость присутствовала, касалась она, повторяю, дел ВНУТРИЦЕРКОВНЫХ. И не надо, раскольников приписывать к иной религии - они выходцы из лона той самой же Церкви. Старообрядцы тоже.

Впрочем о гуманизме в те времена говорить не приходится никому.

А гонений на подобие католического Торквемады не устраивал никто и никогда на Руси.