Усвага писал(а):
А на самом деле, это серьёзный и сложный вопрос: а всегда ли Бог был троичен? Тут надо иметь в виду и времена ещё до сотворения мира. Я понимаю, информации полный ноль. Но раз вопрос возник, то ответ на него есть. Повторю, я придерживаюсь концепции Бога самодостаточного развивающегося.
Почему ноль? Писание прямо говорит, что Бог в Своей трансцендентной природе Один и по сущности и как Личность. В тварном мире Он проявляет Себя как Логос (Творец) и как Дух Святой - всеобъемлющая и вседержащая Сила. Одним из проявлений Логоса является Сын, Бог во Плоти - во первых как Образ по которому был создан Адам, а во вторых Иисус Христос, как проявление самоуничижения Бога для явления Своей Любви человечеству.
Понятие множества является атрибутом исключительно тварного мира, т.к. подразумевает существование пространства. Также как рождение и прочие действия подразумевают существование времени.
Бог же, как Сущий вне пространства и времени может быть только Один! И по сущности и как Личность. В этом вся суть Единобожия! А проявление Бога в разных Лицах является не отражением Его предвечной природы, но исключительно Его проявлением в тварном мире. Поэтому нет ничего парадоксального в том, что он проявлялся в разных Лицах и притом одновременно.
И этой сути придерживались и Никейские Отцы, хотя они уже ввели понятие троицы. Есть все основания полагать, что участники первого Вселенского собора принимали слова “ипостась” и “сущность” в качестве равнозначащих и совсем не подозревали того различия между ними, какое внесено было позднейшей литературой. Свидетелем за это является никто другой, как самый видный защитник Никейского собора, Афанасий Александрийский, остававшийся всегда верным богословскому духу собора…
В одном из своих посланий он прямо заявляет, что “ипостась есть сущность и не иное что обозначает, как самое существо”. Он объяснял, что, когда Библия говорит, что Христос – одесную Отца, это означает, "что Божество Отца то же самое, что и Сына" и в этом смысле Отец также одесную Сына. "Сын, царствуя в царстве Отца Своего, сидит на том же самом троне, что и Отец, и созерцается в Божестве Отца". Афанасий говорил: "Божество Отца проникает в Сына без истечения и без разделения". Кроме того, "полтона Божества Отца – существо Сына, и Сын всецело Бог.... Божество Сына – Отец, и Он – в Сыне... ибо в Сыне созерцается Божество Отца"
Тождественность слов “ипостась” и “сущность” в Никейском Символе веры указывают на то, что Отец и Сын не только единосущны по отношению друг ко другу, но и единоипостасны, что Отец и Сын (а значит и Святой Дух) есть одна и та же Личность. Апостол Павел называет Сына “отпечатком ипостаси” Отца (Евр. 1:3). Это указывает на одну общую для Отца и Сына ипостась, поскольку “отпечаток” здесь имеет смысл видимого изображения (в синод. перев. “образ”, то есть тело Христа) того, что невидимо, а не другой ипостаси.
И только Константинопольский собор в 381 году принял доктрину богосаловов из Каппадокии о разделении Сущности и Ипостаси и о предвечности ипостасей Творца.
Впервые же т. н. Никео-Цареградский Символ, в том виде, в котором он теперь известен нам, был обнародован только в 451 г. IV вселенским собором в Халкидоне, а на Западе впервые появился лишь в 530 г. Константинопольский же собор, известный теперь как II вселенский, собственного Символа скорее всего не составлял и, более того, не претендовал быть вселенским, т. к. на нем отсутствовало представительство Западной церкви, да и по составу он был довольно скуден (150 участников против 318 в Никее). В качестве вселенского его утвердил всё тот же Халкидонский собор, и те правила, которые теперь в канонических сборниках относятся ко II вселенскому собору, в древних списках присоединялись к правилам Халкидонского собора. Нет прямых исторических свидетельств того, что новый Символ когда-либо употреблялся до IV вселенского собора.
Всвязи с этим полностью соглашусь со следующими словами Савельева:
Цитата:
Православие давно стало многобожием. Высший ряд пантеона возглавляют Бог Отец, Бог Сын и Бог Святой Дух. Им можно молиться и по отдельности, как разным богам, а можно и сразу всем вместе. На иконах “новозаветная Троица” они так и изображены – как три отдельных бога. Всё очень конкретно: седовласый старец, его сын и летающий над ними голубь. Далее в иерархии следует "богиня", то есть Богородица, Которой воздаются почести, едва ли не большие, чем Самому Иисусу Христу. Затем идут меньшие божества – святые, которым посвящаются храмы и престолы.
Самое празднование "дня святой Троицы" есть плод литургического творчества, возникший исключительно на почве русской духовной культуры. П. Флоренский по этому поводу напоминает, “что Византия не знала этого праздника, как не знала она, в сущности, ни троичных храмов, ни троичных икон... Праздник Пятидесятницы, бывший на месте нынешнего троичного дня, был праздником исторического, а не открытого онтологического значения. С XIV века на Руси он выявляет свою онтологическую суть, делаясь праздником Пресвятой Троицы... Праздник Троицы, нужно полагать, впервые появляется в качестве местного храмового праздника Троицкого собора как чествование "Троицы" Андрея Рублева… Местное празднование единственной иконы единственного храма, будучи духовной сущностью всего русского народа, бесчисленными отражениями воспроизводится в бесчисленных Троичных храмах, с бесчисленными иконами Троицы”.
http://www.trinitas.ru/rus/doc/0205/002a/02050004.htm