miha писал(а):
1.По Торе, Йешуа и не имел права выносить какой-либо приговор, ибо не был даже членом Сангедрина.
От Исуса не требовали приговора, а как ясно из Ин 8,5 просили лишь прокомментировать эту ситуацию. Провокация заключалась в том, что поскольку факт виновности женщины был соверешенно очевиден для всех (ему говорят: "учитель, эта женщина схвачена во время совершения акта прелюбодеяния"), то любой ответ Исуса кроме "побейте камнями" мог быть истолкован как отрицание сказанного в торе Моисея. А если бы Исус сказал "побейте ее", это можно было бы истолковать как призыв к восстанию против Рима (ибо римское правосудие запрещало на территории империи казнь смертью не по приговору римского суда).
miha писал(а):
2.Сангедрин и не принял бы этот иск к рассмотрению, поскольку нарушены два требования Торы для подобных случаев:
-жалобу сангедрину должна была предоставить "пострадавшая сторона"-т.е.-муж (может быть его или ее родственники)
-к суду должны быть приведены оба соучастника преступления.
Библеисты считают, что данная сцена осуществилась
уже после того как суд санхедрина состоялся. Иначе трудно объяснить 1) наличие "книжников и фарисеев" (а точнее саддукеев) 2) то что они распоряжаются этой женщиной "привели ... поставили ее" 3) то что они утверждают о факте ее прелюбодеяния как уже доказанном, а Исуса спрашивают лишь о способе наказания супружеской измены.
miha писал(а):
С другой стороны, все это могло выглядеть и несколько нарочито, ибо было изначально ясно, что любой ответ Йешуа никакого реального влияния на судьбу этой дамы не оказал бы.
Атака была направлена не против женщины, а против Исуса. После того, как Исус атаку отразил, они стали расходиться, потому что потеряли свой интерес.
Moisha писал(а):
miha, dao, разбор дела подобного рода практически всегда тупиковый. Доказанным может быть, только в случае наличия 2х свидетелей. Более распространенный вариант, когда муж хочет развода аргументируя неверностью жены.
Видимо, свидетели были, так как сказано "привели женщину
схваченную в прелюбодеянии" (ст. 3), т.е. во время прелюбодеяния. Кроме того, сама женщина субъективно считала себя виновной, как становится ясно из ее диалога с Исусом.