…Меня всегда привлекала его личность, даже несмотря на то, что он не относился к героям, которых по ОСБ НАДО было любить или НЕ надо было любить. – он привлекал меня своей неоднозначностью: отчаянной смелостью, хладнокровием граничащим с цинизмом, изобретательностью – всеми пограничными благодетелями, которые можно было направить как во зло так и на благо.
Речь идет об Иоаве. Нейтрально назвать его доверенным лицом и военачальником Давида или не нейтрально – палачом и политиком – все равно это не даст полной картины, чтобы описать этого человека.
Интерес вызывают несколько эпизодов из его жизни.
Проштрафившийся (мягко сказано) прелюбодеянием с чужой женой, Давид решает устранить Урию, повелев Иоаву поставить его в гущу сражения.
Не думаю, чтобы Иоава как военачальника и достаточно прямого человека привело это в восторг – Иоав ценил отчаянных и преданных людей – с одной стороны. С другой стороны рассчитаться в своей преданности царю жизнью другого человека – это был трагический эпизод его жизни.
Как решил поступить Иоав? Исход якобы таков – Иоав послушался Давида, поставил Урию в гущу сражения, Урия погиб.
Что произошло на самом деле? Давид приказал Иоаву во время сражения отступить и оставить Урию наедине с врагами. При осаде города любой такой шаг - это уступка врагу.
Поэтому Иоав поставил Урию в то место, «о котором знал, что там храбрые люди». (2 Цар. 11:16) При этом никто не отступал и не оставлял Урию без помощи: «И пало несколько из народа, из слуг Давидовых, был убит также Урия Хеттеянин» (17 стих).
А Давиду Иоав предложил собственную трактовку событий: мы подошли во время осады города к стенам так близко специально, чтобы подставить Урию.
(продолжение моего вИдения образа Иоава следует

)