16 И сказал Господь Моисею: вот, ты почиешь с отцами твоими, и станет народ сей блудно ходить вслед чужих богов той земли, в которую он вступает, и оставит Меня, и нарушит завет Мой, который Я поставил с ним; 17 и возгорится гнев Мой на него в тот день, и Я оставлю их и сокрою лице Мое от них, и он истреблен будет, и постигнут его многие бедствия и скорби, и скажет он в тот день: "не потому ли постигли меня сии бедствия, что нет [Господа] Бога моего среди меня?" 18 и Я сокрою лице Мое [от него] в тот день за все беззакония его, которые он сделает, обратившись к иным богам. (Втор. 31:16-18).

сокрытие лица Господня - намек на то, что Господь предоставляет людям полную свободу, отстраняет себя от вмешательства в людские заботы. намек на своеобразный деизм.

кстати, имя Эсфирь переводится как "сокрытие", а в книге Эсфирь нет ни одного упоминания тетраграмматона, кроме акростиха что ли.

есть у кого какие соображения по этому поводу?

сокрытие лика напоминает о безмолвии Бога, его отказе участвовать в судьбе человека.
а как же это:

9 Во всякой скорби их Он не оставлял их, и Ангел лица Его спасал их; по любви Своей и благосердию Своему Он искупил их, взял и носил их во все дни древние. (Исайя 63:9)

приведу фрагмент комментария к книге Дварим Арье Бараца

Между тем эта собственно иудейская концепция "сокрытия" не может не вызывать определенных теологических ассоциаций. Например, ее невольно хочется соотнести с деизмом, согласно которому Бог непосредственно не вмешивается в развитие мира после того как создал его. И конечно же, эта концепция безусловно весьма близка к концепции экзистенциализма, говорящего о "безмолвие исчезнущего Бога".

Однако отдельный интерес представляет собой сопоставление иудейской концепции сокрытия божественного лица с той концепцией божественного, которую развивал Эпикур. Дело в том, что прибегая к формулировке исследователя античной мысли Лосева: "Боги Эпикура это в истории философии, вероятно, единственная в своем роде теория абсолютной иррелевантности, максимально интенсивная и максимально чистая по своей природе". Иными словами с точки зрения эмпирического человека безучастные боги Эпикура внешне мало чем отличаются от "совершенно сокрытого" Бога иудеев.

Вопрос этого сходства тем более интересен и важен, что иудаизм связал с именем Эпикура вообще всякого рода "чуждые" религиозно-философские представления. Талмудическое слово "эпикорос", буквально значащее эпикуреец, подразумевает всякое интелектуальное богоборчество.

В Новое время этот термин утратил свой прямой смысл. В XVII - XVIII веках многие философы, прежде всего деисты (Гассенди, Джеферсон, Дидро) настолько прониклись учением Эпикура, что стали именовать себя "эпикурейцами". Так Джеферсон писал в одном своем частном письме: "Я тоже эпикуреец... Я рассматриваю подлинные доктрины Эпикура как содержащие все рациональное в философии нравственности, что Греция и Рим оставили нам".

Эти вгляды, между тем вовсе не мешали многим из них быть верующими людьми. В частности Гассенди был католическим священником. По-видимому, смысл божественной "безучастности" виделся ими преимущественно в другом. Это был принцип разъединенности религиозной и научных сфер. Гассенди был, пожалуй, первый, кто провозгласил тот общепринятый современными людьми принцип, что Библия - это не учебник по физике, и что религиозная и научная истины нигде и ни в чем не пересекаются.