Illidan писал(а):
А в ТаНаХе, кстати, все гораздо интереснее:
Цитата:
"Ибо так сказал Господь Ц-ваот: ради славы (вашей) послал Он меня к народам, ограбившим вас, ибо прикасающийся к вам касается зеницы ока своего"
Кстати, лексиконы Стронга для Синодального (и перевод Короля Якова, кстати, тоже) не дают в библейском тексте вообще какого-либо притяжательного местоимения. Буквально если читать: "...касается зеницы ока" (а чьего - не говорится).
В этом смысле, если читать ТаНаХ, то получается, что касающийся народа Божьего САМ СЕБЕ и повреждает глаз. То есть сам себе вредит и сам себя калечит.
Весьма интересно и познавательно наблюдать за тем, как быстро может произойти смещение значения при переводе. Кстати, в Танахе на английском языке, опубликованном Jewish Publication Society стоит притяжательное местоимение
his -
его: "Surely, he that toucheth you toucheth the apple of
his eye".
Проблема различных толкований, похоже, происходит от того, что не все переводчики, при переводе, используют язык оригинала. Поэтому стоит обратиться к оригиналу:
כי כה אמר יהוה צבאות אחר כבוד שלחני אל הגוים השללים אתכם כי הנגע בכם נגע בבבת עינו׃В этом предложении слово
"עינו" -
"аино" означает
"его глаз", где
"עינ" - "аин" - существительное "глаз", а
"ו" - "о" - местоименный суффикс третьего лица единственного числа, употребляемый с существительными в единственном числе.
Местоименные суфиксы присоединяются к существительному следующим образом:
мой глаз עיני аин-и
твой (м. р.) глаз עינך аин-ха
твой (ж. р.) глаз עינך аин-эх
его глаз עינו аин-о
её глаз עינה аин-а
наш глаз עיננו аин-эну
ваш (м. р.) глаз עינכם аин-хэм
ваш (ж. р.) глаз עינכן аин-хэн
их (м. р.) глаз עינם аин-ам
их (ж. р.) глаз עינן аин-ан
мои глаза עיני аин-ай
твои (м. р.) глаза עיניך аин-эха
твои (ж. р.) глаза עיניך аин-аих
его глаза עיניו аин-ав
её глаза עיניה аин-эhа
наши глаза עינינו аин-эйну
ваши (м. р.) глаза עיניכם аин-эйхэм
ваши (ж. р.) глаза עיניכן аин-эйхэн
их (м. р.) глаза עיניהם аин-эйhэм
их (ж. р.) глаза עיניהן аин-эйhэн
(Имея эту таблицу, можно определить, что значит, например, слово
"אדוני" -
"адонай", где
"אדונ" - "адон" - существительное "господин", а
"י" - "ай" - местоименный суффикс первого лица единственного числа, употребляемый с существительными во множественном числе).
Если иврит даёт такое определение этого слова, то можно задаться вопросом, каким образом в современных переводах появилось то разнообразие притяжательных местоимений (его глаза, моего глаза, своего глаза). Ответ похоже можно найти в Септуагинте и Вульгате.
Вульгата: "tangit pupillam oculi eius" - касается зрачка глаза ТОГО. Таким образом, здесь "eius" - указательное местоимение третьего лица единственного числа родительного падежа, которое на английский язык обычно передаётся притяжательным местоимением третьего лица единственного числа. Например, фраза "Cuius regio, eius religio" - "Whose region, his religion" - "Чья сфера, того религия".
Септуагинта: "κορης του οφθαλμου αυτου" - зрачка глаза его. "αυτου" - личное местоимение третьего лица единственного числа мужского и среднего рода, стоящее в родительном падеже, а также возвратное местоимение, стоящее в родительном падеже, которое может употребляться со всеми лицами. Отсюда можно проследить, что, похоже, именно перевод с Септуагинты, побуждает некоторых переводчиков передавать это слово как "его, своего, моего".
Кстати, не только в ПНМ, но в Douay-Rheims Bible стоит притяжательное местоимение "моего": "toucheth the apple of
my eye".
Подобная путаница также видна при переводе слова "אחר" - "задняя часть"; обычно используемого в качестве наречия или союза. Одни переводы передают его как "после, по" - "по прославлению ...", "после прославления ...". Другие передают его как "ради" - "ради славы (прославления) ..."
Но всё это меркнет по сравнению с тем, какой смысл приобретает этот текст, смотря на него непредубеждённым глазом.
А именно, Иегова воинств говорит о себе как о том, кого послали, тем самым напрочь перечёркивая исключительное право Всевышнего быть носителем имени "Иегова".