Пределы человечности или причины ничегонеделания.
Из ничегонеделанья
Дождливою порой,
Когда бумага белая
Лежит перед тобой.
Из дуракаваляния,
Молчанья у огня,
Из просто ожидания
Тебя, тебя.О. Митяев
боюсь, чтобы не получилось как всегда. я пытаюсь дотянуться до чего-то, и чувствую, что не достаю. но то, до чего дотянулся, не могу скрыть. да может и не дотянулся вовсе. так, иллюзия какая-то. пощадите, если что. звыняйте за псевдосмирение. все описанное я адресую исключительно себе, не хочу, чтобы складывалось впечатление постороннего морализаторства.
начну. а прежде откашляюсь. собственно хотел начать академически. т.е. с определений. с попытки дефиниции.
а как определить неопределимое. собственно речь о ней. как сказать-то чтобы небанально. да ладно о ней - любви. делаю долгую паузу.
ну невозможно же ее определить. все попытки лингвистически постичь неизбежно натыкаются на необходимость ее ограничить. любовь растворяется в человеческих поступках, а чаще и в мыслях, намерениях и пр. но человек таков, что ему хочется определенности. потому как он хоть и влюблен в бесконечность, но она кажется ему пугающей, пропастью некоторой. потому и появляются сочетания вроде "недостатка любви", "проявлений любви" и т.п. когда человеческий разум норовит обуздать интуицию.
не хотелось как-то отдаленно. на днях у меня умер котенок. мы с женой как-то связались с обществом защиты животных, и время от времени нам подбрасывают на передержку котят, что были выброшены или попали под машину.
был вполне жизнерадостным и ничего не предвещало беду. но в течение дня обнаружил плохие признаки и при всей нашей неумелой реанимации умер. я собственно не о смерти. хотя и о ней тоже. я обо всей антропологии. по ходу, я понимаю, что человек востребован вселенной для снижения зла. но в себе обнаруживаю, что моя внутренность воспринимает все это видение мещански, агрессивно: в итоге вся моя любовь видится мне насильственно объектно-ориентированной и ресурсосберегающей. простите за неудачный сленг. но как-то иначе описать не удается.
любовь на то и любовь, что она преодолевает всякие меры и границы. хотелось написать привычное: когда ради другого способен сделать, что не сделал бы себе. но и это не так однозначно. ведь и себя невозможно воспринимать оторвано от других.
вот раньше виделось как: любовь как внутренний процесс взросления делил на два варианта - безотказность и
инициативность. первый - когда разучился говорить "нет" просящим и второй, когда научился обнаруживать просящих. но и тут понимаю, что все мои старания пшик. всякому просящему говорю "да" примерно так, как брюс всемогущий - нажатием клавиш "да", "да", "да" и т.д. не то, чтобы поскорей отделаться. но без внутренней отданности.
замечаю, что вся моя такая любовь отшвыривает меня к привычному - хотя бы не сделать зла. так и живу в бесконечных швыряниях.
простите за сумбурность и витиеватость. но иначе не мог.