РЕПОРТАЖ: Седер Иешуа или нетайная вечеря. Мессианский иудаизм – достаточно новое и еще не полностью определившееся и сформировавшееся явление
--------------------------------------------------------------------------------

Минувший уик-энд 23-24 апреля по иудейскому календарю пришелся на 14 и 15 число месяца ниссана. В эти дни евреи, как верующие, так и неверующие, отмечают праздник Песах, пожалуй, единственные дни еврейского календаря, в которые органично слились собственно религиозное и национально-культурное начало.

Поэтому, прежде чем начать репортаж, обратимся к жанру справки. Название праздника происходит от ивритского глагола пасах – "миновать", "перепрыгнуть". В Торе он еще именуется "Праздником мацы". Установлен был праздник в память чудесного исхода евреев из Египта под водительством Моисея с Б-жьей помощью. Несмотря на воспоминание горечи египетского плена, в еврейской традиции это, в большей степени, праздник радости избавления от рабства, национального и личного освобождения. Во всех направлениях иудаизма имеется четко установленный и подробно разработанный порядок празднования песаха, именуемого Пасхальным седером (это слово на иврите означает порядок, последовательность).

В дни Песаха необходимо отказаться от так называемого "хомеца" – продуктов, полученных из зерна и подвергнутых сквашиванию, и перейти на мацу – пресные лепешки из неквасного теста, которые в первый день Песаха надлежит есть с горькими травами в память о горечи египетского рабства. Это символизирует, что на будущий год евреи запасаются очень ценным свойством, именуемым "битуль" – устранением своего "я" перед волей Творца. Хомец же, если его много в доме, надлежит продать нееврею, при этом составляется специфический контракт, согласно которому он вновь становится собственностью еврея после Песаха. Если незадолго до наступления Песаха остатки хомеца вдруг обнаружатся доме, их надлежит выбросить на помойку.

Во время трапезы седера надлежит преломить и благословить мацу, выпить четыре бокала вина, и поставить на стол следующие продукты – зроа (кусочек зажаренного мяса на косточке или куриное горлышко) – в память о пасхальном жертвоприношении, после которого во времена существования Храма ели жертвенное мясо. Интересно, что сейчас в галуте (изгнании) зроа не едят в течение седера. Это словно напоминание о том, что провиденциальная цель еврейской истории еще не достигнута, а будет достигнута лишь с приходом Машиаха-Мессии и строительством третьего Храма.

О праздничном жертвоприношении напоминает бейа – сваренное вкрутую яйцо. Марор (листья салата, или тертый хрен) – напоминание о горечи египетского рабства. В ходе седера используют также карпас (кусочек картофеля или репчатого лука), который обмакивают в соленую воду в память о слезах, пролитых в египетском рабстве. На столе присутствует и харосет – смесь из меда, тертых фруктов и орехов. Она по вязкости напоминает глину, символизируя тем самым, что предки евреев лепили кирпичи, и строили города для египтян. Пасхальный седер – это еще и четыре выпитых, опершись на левую сторону, "как свободные люди", бокала вина и четыре символических вопроса о значении Песаха и пасхальной трапезы, задаваемых детьми. Кстати, в конце седера наливают пятый бокал, но не выпивают его. Этот бокал называется бокалом пророка Элияу (Илии). По преданию душа пророка спускается в этот момент в материальный мир, чтобы стать провозвестником эры Машиаха.

Такой порядок празднования – часть не только еврейской традиции. Ее реминисценции мы встречаем и в христианстве. Ведь евангельская Тайная вечеря ни что иное, как этот самый Пасхальный седер, устроенный для Иисуса и его учеников. Кстати Иисус, говоря "сие есть кровь Моя" взял чашу с вином после вечери – то есть это был символический бокал Илии.

В связи с этим корреспонденту "Портала-Credo.Ru" вспомнилось, что есть еще такое явление как мессианские евреи, о которых один знакомый реформистский раввин как-то высказался: "Я не понимаю, как можно быть иудеем и христианином одновременно". Именно Песах-Пасха представился той характерной датой, когда можно было бы познакомится с мессианскими евреями и наиболее рельефно выявить черты как иудейской, так и христианской традиции в их практике.

За круглым столом в небольшой комнате собралось около 15 человек. Большинство – женщины среднего и пожилого возраста, две совсем молодые девушки. Есть несколько мужчин. Перед всеми лежат христианские издания Библии. Тора – только перед одним мужчиной в иудейской кипе, оказавшимся, как выяснилось, впоследствии, зашедшим в гости ортодоксальным иудеем. Кипа на голове оказалась еще только у одного человека, оказавшегося пастырем общины (интересно, что своего вероучителя в мессианской общине именуют не раввином, как иудеи, не пастором, как евангелические христиане, а пастырем – получается как бы нечто посередине). Вообще обстановка совершенно не напоминало иудейское собрание в синагоге, зато почти полностью походила на кружки по изучению Библии у евангельских христиан и баптистов.

– Кто мы – иудеи, или христиане, до конца не может сейчас сказать никто, –сказал в беседе с корреспондентом "Портала-Credo.Ru" пастырь общины, просивший не называть его имени, – Мессианским иудаизмом именуется достаточно новое и еще не полностью определившееся и сформировавшееся явление. В нем есть общины, которые ближе к иудаизму, есть которые ближе к христианской традиции. Мы называем себя еврейская евангельская община "Бейт Тфила", а официальную регистрацию проходим сейчас под наименованием "местная религиозная организация евангельских христиан "Еврейская община Бейт-Тфила". Мы объединяем евреев, которые признают Иисуса (Иешуа) из Назарета мессией еврейского народа.

– Когда в России появилось это движение?

– Cконца 80-х – начала 90-х годов, – отвечает пастырь, – Но дело в том, что и дореволюционной России подобные общины были в Кишиневе, Одессе. В советское время они все исчезли. В мире, если говорить о современном этапе, это движение существует с 70-х годов ХХ века, хотя имеются сведения и о том, где-то сохранились еще общины, существующие со времен древнего Израиля.

– Сколько общин существует в России вообще, и в Москве в частности?

– По России – около двадцати, в Москве же общин, вместе с неформальными молитвенными группами, можно насчитать шесть. В общинах разные порядки – есть такие, где люди являются одновременно членами других Церквей и деноминаций. Наша община, в этом смысле, одна из самых строгих.

Собрание было посвящено обсуждению предстоящего Песаха. Из услышанного удалось уяснить специфику отношения мессианских евреев к празднику Песах. Они стараются научиться до мелочей соблюдать иудейскую традицию. Но при этом еврейский Песах они отмечают как праздник скорби о заклании агнца, которое символизирует для них крестная смерть Иешуа. При этом воскресение Машиаха для них наступает в третий день после Песаха, в так называемый День нового снопа. Что же касается христианской Пасхи, то по этому поводу пастырь Александр заметил, что мессианские евреи не празднуют воскресение Христа по христианскому календарю, а только радуются в этот день вместе с христианами. При этом было заметно, что мессианские евреи пытаются совершенно определенно не идентифицировать себя с тем, что они именуют "Константиновым христианством", когда, начиная с IV века, христианская традиция стала все более и более отделяться от иудейской в хронологическом, догматическом и ином смысле.

Этот специфический сплав иудаизма и христианства зримо проявился и во время субботнего богослужения. На пастыря был наброшен талес – традиционное белое с синими полосами молитвенное покрывало. Он возносил традиционные иудейские благословения, а молитвы читались по-русски в традиционном для евангельских христиан стиле. Во время музыкального служения звучали как гимны из баптистских песенных сборников, исполняемые под фортепиано, так и еврейские народные мелодии, которые собравшиеся пели a capella. Был исполнен также обряд хлебо, точнее мацопреломления и испития вина из общей чаши. Во время проповеди, а также чтения и комментирования Евангелия, за совместной трапезой звучало очень и очень много ссылок на Талмуд и высказывания еврейских мудрецов. И это еще раз вызвало желание поговорить с пастырем Авиэлем о соотношении иудейского и христианского элементов у мессианских евреев.

Из рассказа пастыря выяснялось, что традиционные иудеи, в том числе и неортодоксы-реформисты, не считают мессианских евреев – евреями. В Израиле ими занимаются специальные "антисектантские" организации, а иногда даже и правоохранительные органы. Фотографии "вероотступников" – мессианцев иногда даже вывешивают в публичных местах. Кстати, московская мессианская община, о которой идет рассказ, принимает в свои ряды и неевреев, которые, однако, берут на себя обязательство, соблюдать полностью еврейскую религиозную традицию, а многие мужчины делают брит-милу (обрезание). В чем же тогда проблема? Традицию соблюдают, а что касается признания Иешуа Машиахом – так, собственно, в этом факте нет ничего предосудительного. Разных людей в своей истории иудеи признавали Машиахом. Например, таковым многие считали последнего любавичского ребе Менахема–Мендла Шнеерсона. И никто не расценивал и не расценивает подобные взгляды как нечто выходящее за рамки иудаизма.

А дело-то, как выяснилось в другом. Дело в том, что личность Иешуа-Машиаха рассматривается мессианскими евреями исключительно в христианском понимании, причем в понимании именно того "Константинова христианства", от которого мессианские евреи пытаются дистанцироваться. Они рассматривают Его как единородного Сына Божия, одного из лиц Святой Троицы.

– Понимаете, – сказал пастырь Александр, – если Священные Писания рассматривать в понятийном поле их аутентичного языка – иврита, или арамейского, то тогда все становится на свои места. Если мы обратимся к названию первой книги Ветхого Завета "Бытие" (на иврите – берейшит) и ее первым стихам, то увидим там частое присутствие словообразующего корня БАР, что имеет на иврите лексическое значение "сын". Весь процесс творения в этом смысле можно интерпретировать как установление некоего универсального вселенского богосыновства.

Интересное объяснение. Интересное, хотя и очевидно, что малозначительно само явление – мессианские евреи. Уже слишком давно и очевидно ветви одного дерева – иудаизм и христианство разрослись в очень разные стороны, и отправной точкой их расхождения стало именно понимание личности Иешуа – Иисуса. И сегодня, как представляется, попытка таким образом объединить иудаизм и христианство, может привести к тому, что придется оказаться и вне иудаизма, и вне христианства. Подобно тому, как если бы стоять ногами в разных лодках, влекомых разнонаправленными течениями. Можно и в воду бултыхнуться… Впрочем, это уже из жанра не Репортажа, а Мыслей.

пусть кто голоден, приходит и ест, пусть всякий празднует с нам Песах".